nordriegel (nordrigel) wrote,
nordriegel
nordrigel

Category:

27-я танковая дивизия. Расформирование

Расформирование на Донце

Начальник оперативного отдела 19-й танковой дивизии проинформировал полковника фон Кронхельма и штаб 27-й танковой дивизии, что следует ожидать расформирования 27-й танковой дивизии (как и 22-й танковой дивизии на участке армейской группы Холлидта). При этом предусматривалась передача боеспособных частей в 19-ю танковую дивизию. При этом, согласно последней ориентировке 1-й танковой армии, планировалось использовать штаб 27-й танковой дивизии в качестве «дивизионного штаба специального назначения» в продолжающихся боях на Донце и Миусе.

После того, как боевая группа Мэмпеля (главные силы 140-го панцергренадерского полка под началом подполковника Лахнитта) была передана в 74-й панцергренадерский полк (19-й танковой дивизии) и у 27-й танковой дивизии больше не осталось боевого участка, штаб дивизии (командир – полковник фон Кронхельм, начальник оперативного отдела – майор фон дер Планитц), а также Лахнитт со штабом 140-го панцергренадерского полка, были переброшены из района Золотаревка-Масарош в Артемовск, для проведения мероприятий по переформированию боевой группы 27-й танковой дивизии.
Батареи 127-го танко-артиллерийского полка остались на своих прежних огневых позициях в районе Масарош-Михайловка в подчинении начальника артиллерии 19-й танковой дивизии. Начальник оперативного отдела 19-й танковой дивизии сообщил, что после передачи личного состава в районе Лисичанск-Пролетарск (полоса 19-й танковой дивизии III танкового корпуса), остатки 27-й танковой дивизии должны быть переброшены южнее, через Васильевку в тыл 1-й танковой армии. Позже туда же должна была переместиться и 19-я танковая…
Начальник оперативного отдела 27-й танковой дивизии, майор фон дер Планитц, 7-8 февраля задал все важные вопросы относительно расформирования, а также выяснил подробности в командовании III танкового корпуса и 1-й танковой армии (генерал фон Макензен).От начальника штаба 1-й танковой армии он узнал, что ОКХ и группа армий «Дон» планирует направить основную массу 27-й танковой дивизии для пополнения сражающейся в районе Славянска 7-й танковой дивизии (генерал-лейтенант барон фон Функ). В скором времени ей придется принять участие в контрударе 4-й танковой армии по русскому прорыву южнее/юго-восточнее Харькова-Белгорода.
Командование III танкового корпуса (генерал-лейтенант Брайт) приказало начать переброску всех незанятых на фронте частей 27-й танковой дивизии в район Артемовска с 8 февраля. На следующий день на западный выезд из этого города прибыли штаб и служба тыла 27-й танковой дивизии. Они сразу же приступили к назначенным ликвидационным мероприятиям. Начальник тыла и его сотрудники продолжали при этом работу по снабжению 127-го танко-артиллерийского полка, рот прежней группы Мэмпеля и оставшейся у Никифоровки боевой группы фон Трота (усиленный 127-й танковый батальон с частями тревожной роты обозников прежней группы Фюбрингера). Майор фон Трота в те дни получил с дивизионного ремонтного пункта несколько отремонтированных танков, самоходных орудий и бронетранспортеров…
При штабе 27-й танковой дивизии собирались все оставшиеся командиры и адъютанты частей и подразделений и боевых групп. Выжившие в боях с середины января 1943 года солдаты были расстроены приказом о расформировании дивизии, но успокаивали себя соображениями целесообразности у высшего командования. В 14.00 8 февраля на КП дивизии в Артемовске состоялось общее командирское совещание, на котором полковник фон Кронхельм довел всем подробности предварительного приказа на подготовку к расформированию 27-й танковой дивизии. По согласованию с корпусом, с 8 февраля был создан ликвидационный штаб (без отделов IIa и Ib – кадры и тыл), который занялся распределением войск 27-й танковой дивизии по другим соединениям. Командование 27-й танковой дивизии проводило вместе с ним все необходимые подготовительные мероприятия. Непосредственную работу по расформированию частей, а также по поиску и сбору всех подразделений 27-й танковой дивизии (которые были отрезаны от главных сил начиная с начала декабря 1942 года в районах Касторное-Россошь и Кантемировка-Старобельск-Славянск-Артемовск и исполнили свой долг верности немецких солдат) выполняли 1-я танковая армия и ликвидационный штаб 27-й танковой дивизии.
9 декабря 1943 года согласно принятой команде из ставки фюрера, майор фон дер Планитц был переведен в командный резерв ОКХ. В тот же день он попрощался во всеми находившимися в дивизионном штабе командирами и солдатами и через группу армий «Дон» вылетел в ОКХ. Полковник фон Кронхельм продолжил руководство 27-й танковой дивизией в Артемовске. Майор фон Трота доложил, что он принял командование усиленным 511-м корпусным саперным батальоном вместе убывшего по приказу III танкового корпуса подполковника Шлехтвега.
Поздно вечером 9 февраля из III танкового корпуса прибыл письменный приказ на расформирование 27-й танковой дивизии. К этому моменту большинство ее солдат, уже 10 недель не выходивших из боев между Доном, Калитвой и Донцом, находились на заслонах и узлах сопротивления 19-й танковой дивизии в районе Лисичанска на Донце. В последних записях в журнале боевых действий 27-й танковой дивизии установлено следующее:
«27-я танковая дивизия была сформирована из боевых групп, войсковых частей и новых формирований на фронте. Их общая численность соответствовала половине примерно стандартной танковой дивизии. Дивизия (особенно 140-й панцергренадерский полк) никаких пополнений не получала; танки и автомашины большей частью были небоеспособны; командование и войска не имели необходимой слаженности, когда были застигнуты главным ударом русского зимнего наступления. Последние части дивизии прибыли уже во время боевых действий. Несмотря на это, дивизия выполнила се поставленные боевые задачи. Было подбито свыше 100 вражеских танков и выиграно время для формирования нового фронта обороны свежими войсками на южном участке Восточного фронта на Донце. Большие потери в личном составе и вооружении привели к расформированию 27-й танковой дивизии».
Согласно данным ликвидационного штаба (начавшего работу с 8 февраля и подчиненного штабу 19-й танковой дивизии), общая численность 27-й танковой дивизии составляла 4508 человек, из которых: 466 – на марше из 2-й армии к Донцу, 478 – отданы другим частям или в командировке, 347 – заболевших (и остающихся в войсках), 12 – легкораненых (вернувшихся в течение 3-х недель).
Из оставшихся 3205 человек, 1212 – находились в 19-й танковой дивизии (усиленный 140-й панцергренадерский полк) и 378 – в III танковом корпусе (усиленный 127-й танковый батальон). Итого 1590 боевых солдат 27-й танковой! Эти данные показывают известную участникам слабую связь между общей и боевой численностью на Восточном фронте.
ОКХ отдало приказ (через 1-ю танковую армию и III танковый корпус) – сформировать из личного состава 27-й танковой дивизии небольшие боеспособные подразделения (что уже было сделано с середины января) и передать их в 7-ю танковую дивизию. Личный состав дивизионного штаба (офицеры и чиновники) отделялся от боевых частей и передавался в ОКХ. Личный состав 127-го танкового батальона сводился в одно подразделение и направлялся в Славянск (в 7-ю танковую дивизию 4-й танковой армии). 140-й панцергренадерский полк пополнялся солдатами из обозов и частей снабжения и становился «панцергренадерским полком двухбатальонного состава с сильными полковыми подразделениями». 127-й противотанковый дивизион сводился в одну моторизованную противотанковую роту.
Быстрая передача частей в 7-ю танковую дивизию (барон фн Функ) была сначала невозможна, поскольку боевую группу Фридриха (основная масса 140-го панцергренадерского полка) и боевую группу фон Трота (127-й танковый батальон) не удавалось вывести из полосы 19-й танковой дивизии. Они были связаны тяжелыми оборонительными боями в районе Лисичанск-Пролетарск-Золотаревка. Другая часть 27-й танковой дивизии (вышеуказанной численности) пока еще не прибыла из 2-й армии. Как потом вспоминали участники событий, это были части III-го батальона 204-го танкового полка, танки «Шкода» 38t 217-го танкового батальона при 700-м танковом подразделении и часть сил 201-го батальона штурмовых орудий (майор Хуфманн, потом майор Пейтц), которые с 12 января 1943 года вели ожесточенные бои юго-западнее и западнее Воронежа в секторе 2-й венгерской армии.

700-е танковое подразделение, которое до начала декабря состояло в 27-й танковой дивизии (полковник Михалик), было собрано в районе западнее Воронежского плацдарма на Дону, пополнено частью сил 204-го танкового полка и получило несколько взводов с легкими танками Pz.II и «Шкода» 38t (из 22-й и 27-й танковых дивизий). 12 января 1943 года юго-западнее Воронежа произошло генеральное русское наступление Воронежского фронта, которое севернее Коротояка привело к прорыву в глубину обороны IV венгерского корпуса. На следующий день туда, в район юго-западнее Урыва на Дону, для контрудара было направлено 700-е танковое подразделение. Венгерский историк генерал резерва фон Адони-Нареди (v.Adonyj-Naredy) в своем труде пишет об этой битве на Дону:
«Контрудар 13 января в районе южнее и северо-западнее Урыва проводился четырьмя снятыми с фронта батальонами и войсковым 700-м танковым батальоном, однако не был удаче из-за подавляющего превосходства противника, поддержанного танками Т-34. Превосходство противника было таково, что после контрудара в 700-м танковом батальоне осталось всего четыре танка! В боевом отчете немецкого 429-го пехотного полка есть донесение командования ударной группы Венгерские войска дерутся превосходно, однако, против нас превосходство в танках противника и лютый мороз (минус 35 градусов)!»
В книге маршала Советского Союза К.С.Москаленко «На юго-западном направлении» (1969 г.) (в январе 1943 года он командовал 40-й русской армией) есть взгляд с другой стороны:
«В первые часы сражения 13 января обозначился успех в центре и на левом фланге… В районе Болдыревки против 150-й танковой бригады и 340-й стрелковой дивизии перешел в контратаку 700-й танковый батальон. Начался ожесточенный бой. Противник, потеряв 14 танков и 200 человек пленными, оставил Болдыревку… Один пленный офицер показал, что в его части свыше 60 танков и 40 самоходных установок… также в этом бою принял участие первый эшелон из 30 танков, и что он должен был восстановить положение на плацдарме в районе Сторожевое… Таким образом перед нами был еще второй эшелон этого танкового батальона, в 5 км западнее Болдревки…Наши войска полностью уничтожили 14-ю пехотную дивизию и 700-й танковый батальон противника…»
Большинство оставшихся в 700-см танковом подразделении и 201-м батальоне штурмовых орудий солдат 27-й танковой дивизии не вернулось обратно с Дона.
Ликвидационный штаб и незанятые на фронте части 27-й танковой дивизии к 15 февраля 1943 года по приказу 1-й танковой армии совершили марш в тыловой район 7-й танковой дивизии (генерал-лейтенант барон фон Функ) в район Пятихатки-Алерево (90 км западнее/юго-западнее Днепропетровска на Днепре).
До конца марта 1943 года все части и подразделения дивизии были распределены следующим образом:
1. Остатки 140-го панцергренадерского полка (майор Фридрих) стали новым II-м батальоном 7-го панцергренадерского полка в 7-й танковой дивизии, сражавшейся в составе 4-й танковой армии в районе Славянска. Прежний II-й батальон этого полка из-за больших потерь был расформирован, его командир – майор Вальсберг – убит под Славянском в феврале 1943 г. 127-я бронетранспортерная рота обер-лейтенанта Лукоша стала 2-й (БТР) ротой 7-го мотоциклетного батальона.
2. Усиленная 127-я противотанковая рота (обер-лейтенант Кёлер), а также все офицеры, солдаты и специалисты 127-го противотанкового дивизиона, были переданы в 42-й противотанковый дивизион 7-й танковой дивизии. Все бывшие в новом II-м батальоне 7-го панцергренадерского полка (майор Фридрих) стрелки-противотанкисты по согласованию с ликвидационным штабом 27-й танковой дивизии остались в нем же.
3. 127-й танко-артиллерийский полк (майор Кресс, штаб полка и полковые подразделения, два частично моторизованных артиллерийских дивизиона) был переформирован в 127-й войсковой моторизованный артиллерийский полк и подчинен начальнику артиллерии II танкового корпуса (I-й дивизион был придан 1-й танковой дивизии, II-й дивизион – 19-й танковой дивизии).
4. 127-й танко-саперный батальон (майор Флек) после кровопролитных боев был пополнен и переименован в 127-й войсковой моторизованный саперный батальон. Он был подчинен начальнику саперов III танкового корпуса, а позднее – начальнику саперов 4-й танковой армии.
5. 127-й батальон связи (гауптманн Перси) осенью 1942 года сформирован на базе 37-го запасного батальона связи в Веймаре, пополнен ротой связи из 2-й армии и состоял из штаба, рот радио- и телефонной связи и легкой автоколонны связи. Он был полностью пополнен и передан в 518-е командование связи в Кривой Рог, а позднее переброшен на Запад и на его основе были сформированы два батальона связи для новых 16-й и 24-й танковых дивизий.
6. 127-й танковый батальон (майор фон Трота) 9 февраля с танками, двумя ротами стрелков-танкистов (безлошадные танковые экипажи и часть людей из обозов и подразделений обеспечения) 9 февраля вместе с группой Фридриха вел бои на участке III танкового корпуса. Он также должен был быть передан в 7-ю танковую дивизию. Однако, поскольку 25-й танковый полк не прислал заявок на личный состав, майор фон Трота, после вывода батальона из района Лисичанска-Пролетарска, получил приказ сосредоточиться в Константиновке и быть в готовности к отправке в Шветцинген или Версаль (100-й запасной танковый батальон). Прибывшие подразделения из 2-й армии выгрузились в Пятихатке. Начальник тыла 7-й танковой дивизии принял материальную часть и 127-й танкоремонтный взвод. Майор фон Трота с несколькими офицерами, унтер-офицерами и обер-ефрейторами (специалистами) сначала прибыл в штаб 7-й танковой дивизии. В середине 1943 года он стал командиром батальона в новосформированном 24-м танковом полку 24-й танковой дивизии. Фон Трота (ставший уже полковником) погиб в начале лета 1944 года в Галиции, командуя 1-м танковым полком 1-й танковой дивизии.
После отдыха личный состав 127-го танкового батальона был направлен на формирование нового III-го батальона 24-го танкового полка. В конце 1943 года люди, бывшие в 127-м танковом батальоне, пошли на переформирование в 509-й тяжелый танковый батальон («Тигров») на базе 500-го учебного тяжелого танкового батальона в северной Франции на Сене.
3-я рота 35-го танкового полка (обер-лейтенант Кэстнер) в марте 1943 года была выведена с плацдарма III танкового корпуса у Пролетарска и позднее вернулась в 35-й танковый полк (2-я армия группы армий «Центр»). Гауптманн Кэстнер стал командиром I-го батальона 35-го танкового полка и позднее был награжден Немецким крестом в золоте.
А что можно сказать о других солдатах, которые в течение шести месяцев участвовали в трудном формировании, а позднее в боях 27-й танковой дивизии? Генерал-майор Хельмут Михалик, первый командир 140-го панцергренадерского полка, а в сентябре-ноябре 1942 года командир 27-й танковой дивизии, в июле 1944 года был командиром одной танковой дивизии в Галиции и погиб в результате несчастного случая. Генерал-лейтенант Ханс Трёгер с декабря 1943 по март 1944 года командовал 25-й танковой дивизией (а также 17-й танковой дивизией в блуждающем «котле Хубе»), а в апреле 1944 года принял 13-ю танковую дивизию. Он стал кавалером Рыцарского креста и в августе 1944 года попал в русский плен юго-западнее Одессы, из которого вместе с последними товарищами вернулся в 1955 году. Полковник фон Кронхельм (командир 127-го танко-артиллерийского полка и последний командир 27-й танковой дивизии) в марте 1944 года служил в артиллерийском управлении ОКХ, в том же году он руководил артиллерийскими командованиями 313-500. Майор генерального штаба Эдлер фон дер Планитц (начальник оперативного отдела 27-й танковой дивизии) в 1944 году был начальником штаба LVII танкового корпуса. Майор генерального штаба Баурнштэттур, в сентябре-октябре 1942 года исполнявший обязанности начальника оперативного отдела, в 1944 году был начальником оперативного отдела 11-й авиаполевой дивизии Люфтваффе. Майор генерального штаба Маркс (который в звании гауптманна был начальником тыла 27-й танковой дивизии) в 1943 году служил в транспортном управлении командования сухопутных войск, а в тяжелые недели 1944-1945 гг. командовал 113-м панцергренадерским полком в упорных боях на Платтензее. Майор А.Фридрих, уважаемый командир I-го батальона 140-го панцергренадерского полка (несколько недель исполнявший обязанности полкового командира), погиб 5 июля 1943 года под Белгородом во главе своего II-го батальона 7-го панцергренадерского полка, основу которого тогда, в середине 1943 года, составляли прежние бойцы 140-го. Командир II-го батальона 140-го панцергренадерского полка, кавалер Рыцарского креста гауптманн Эккель, после тяжелых боев между Доном и Донцом вернулся в свою 6-ю танковую дивизию. Он погиб 6 июля 1943 года под бомбами у Белгорода. Майор Х.Кресс, командир II-го артдивизиона, долгое время командовал 127-м артиллерийским полком и в 1944 году получил Немецкий крест в золоте (за командование дивизионами II./Art.Rgt.51 и II./Pz.A.R.127). Майор В.Х.фон Трота, командир 127-го танкового батальона, в апреле 1943 года стал командиром батальона в новосформированном 24-м танковом полку и погиб в середине июля 1944 года северо-западнее Тарнополя будучи командиром 1-го танкового полка.
Полковник Р.Мэмпель (с октября 1942 по март 1943 года командир 140-го панцергренадерского полка), после выздоровления от болезни, полученной у Пролетарска, осенью 1943 года возглавил 123-й панцергренадерский полк в Тунисе. В декабре 1943 года он получил Рыцарский крест.
Многочисленные проявленные случаи храбрости и исполнения долга при командовании войсками в течение недель боевых действий 27-й танковой дивизии можно рассмотреть при изучении списков награжденных Немецкими крестами в золоте: обер-лейтенант А.Биер, майор А.Фридрих, обер-лейтенант К.Верхан (все из 140-го панцергренадерского полка); обер-лейтенант Х.Кёлер из 127-го противотанкового дивизиона; гауптманн В.Зиберт (I-й дивизион 127-го танко-артиллерийского полка); обер-лейтенант В.Зеккер (127-й танко-саперный батальон); гауптманн Й.Кэстнер (I-й батальон 35-го танкового полка); обер-лейтенант Ф.Корнелиус (201-й батальон штурмовых орудий). Этот список неполный.
Также командование 27-й танковой дивизии и XXIV танкового корпуса отличило следующих командиров из частей, приданных в декабре 1942-январе 1943 гг.:
Гауптманн В.Полманн (батальон сопровождения фюрера дивизии «Великая Германия») – Рыцарский крест 17 марта 1943 года; гауптманн Г.Матис (командир части батальона сопровождения фюрера дивизии «Великая Германия» в Чертково в группе Гёллера); обер-лейтенант Г.Дентцер (7-я батарея зенитного полка фюрера); обер-лейтенант К.Эрб (138-й танковый батальон, Старобельск); полковник Марио Карлони (командир итальянского 9-о пехотного полка Альпийского корпуса) – все награждены Немецким крестом в золоте, список неполный.
Они были верными и храбрыми товарищами солдатам 27-й и 19-й танковых, 298-й, 385-й и 387-й пехотных дивизий, боевой группы СС Лике (II-е батальоны 3-го и 15-го полицейско-пехотных полков) между Доном, Черной Калитвой, Айдаром и Донцом.
Tags: 27 pz.d, февраль 1943
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments