nordriegel (nordrigel) wrote,
nordriegel
nordrigel

Category:

27-я танковая дивизия. "Сатурн"

Оборона у Россоши в составе XXIV танкового корпуса

Утром 16 декабря на донскую излучину южнее Новой Калитвы со всей силой обрушилась столь долго ожидаемая вторая фаза генерального русского наступления зимой 1942-1943
гг. Крупные силы пехоты и танковые бригады из глубины излучины у Верхнего Мамона прорвали оборону итальянских и немецких войск на участке Дерезовка-Красный Ореховка и южнее!

Проводимое крупными силами, с мощной поддержкой артиллерии и залповых установок, наступление русского Юго-Западного фронта против южного фланга 8-й итальянской армии (генерал Гарибольди) быстро достигло вклинения южнее Новой Калитвы-западнее Богучара (298-я пехотная дивизия). В течение 48 часов весь фронт союзников в южном направлении от западнее Вешенской (3-я румынская армия) до юго-западнее Богучара (XXXV итальянский корпус с 298-й пехотной дивизией) рухнул. В центре фронта итальянцев, на левом фланге II корпуса на Черной Калитве, между Новой Калитвой (где были 385-я пехотная и часть 27-й танковой дивизии) и севернее Кантемировки (остатки дивизии "Коссерия", тревожные команды группы армий и основные силы 27-й танковой дивизии),вводом в бой последних оперативных резервов группы армий "Б" (командование XXIV танкового корпуса, части 385-й пехотной дивизии, передовые части 213-й охранной дивизии и основные силы 387-й пехотной дивизии), удалось избежать немедленной катастрофы, район юго-западнее Воронежа снова был сохранен. Оборонявшийся на Дону у Новой Калитвы итальянский Альпийский корпус находился только под угрозой русского охватного маневра. Он смог удержать свои позиции и быстро направил резервы для поддержки II итальянского корпуса южнее Новой Калитвы. До начала 1943 года положение на Дону юго-западнее Новой Калитвы (полоса 385-й пехотной дивизии) было урегулировано и стабилизировано. Вместе с дивизией генерал-лейтенанта Айбла там, на северном краю большого прорыва южнее Новой Калитвы("северо-западный фронт") сражались полки Альпийского корпуса и 27-я танковая дивизия. Об этом написано в журнале боевых действий 27-й танковой дивизии (BA/MA-RH27-27/1).
Группа армий "Центр" в середине декабря 1942 года отражала очередную русскую попытку окончательно преодолеть оборону 9-й армии у Оленино-Ржева. Многонедельные атаки русских сил, начавшиеся еще 20 ноября, не привели ни к чему, кроме местных территориальных улучшений! Ситуация же в группе армий "Б"в районе южнее Воронежа-юго-западнее Новой Калитвы, в те дни развивалась по-другому: 16 декабря произошел удар русского Юго-Западного фронта, который просто рассеял 8-ю итальянскую армию. "Произошло то же самое, что и тремя неделями ранее у румын. Через два дня их фронт, где стояли шесть итальянских и одна 298-я немецкая дивизии, был прорван до Калитвы и начал безостановочный отход" - так писал генерал фон Типпельскирх в своей "Истории 2-й Мировой войны" относительно 16 декабря 1942 года. В те дни он был немецким генералом-советником при 8-й итальянской армии в Старобельске.
Утром 16 декабря было потепление, периодически шли осадки. На КП 27-й танковой дивизии у Белого Колодезя в 6.25 пришло первое донесение от одного из многочисленных передовых наблюдателей: "Сильный огонь артиллерии по району Красное Ореховое-Перещепное". еще через час поступил доклад от подполковника Мэмпеля, боевая группа которого была размещена в районе Ореховое-Перещепное в тылу итальянских опорных пунктов: "Русские атакуют по всей линии! 20 вражеских танков продвигаются от Верхнего Мамона на юг. 201-й батальон штурмовых орудий и один саперный взвод перебрасываются к Филоново. В Перещепном в маршевой готовности остаются одна панцергренадерская рота и одна артиллерийская батарея". После этого командир 27-й танковой дивизии около 7.45 отправляет боевую группу Лахнитта (127-й противотанковый дивизион, зенитки и два взвода из 127-го танко-саперного батальона) на марш с задачей усилить боевую группу Мэмпеля и предотвратить прорыв вражеских танков из Верхнего Мамона в южном направлении. Также дивизия решает оставить II-й батальон 140-го панцергренадерского полка (без одной усиленной роты) в Дубовикове в качестве оперативного резерва.
Ококло 9.00 итальянцы информируют майора фон дер Планитца: свыше 60 вражеских танков у Дерезовки продвигаются на юг и юго-запад! Еще через четверть часа докладывает адъютант группы Мэмпеля: наступают массированные силы противника, подбиты первые четыре Т-34! Бои становятся все тяжелее. В середине дня воздушный наблюдатель (в секторе 8-й итальянской армии) сообщает: примерно 200 вражеских танков в излучине у Верхнего Мамона!
Боевая группа Лахнитта (командир и основные силы 127-го противотанкового дивизиона, часть 201-го батальона штурмовых орудий, саперный взвод, 3-я батарея (на моторизованной тяге) 127-го танко-артиллерийского полка) до середины дня установила соединение частями боевой группы Мэмпеля северо-западнее Дубовикова и доложила о многочисленных подбитых вражеских танках. Также она сообщила, что многочисленные группы итальянской пехоты отступают со своих позиций, их останавливают и отправляют обратно. Положение можно считать устойчивым! Дивизионный командир, который лично находился в боевой группе Мэмпеля и сложил свое впечатление об обстановке, отдает приказ удерживать все опорные пункты по линии Гадючье-Филоново-Красное Ореховое и не допустить прорыва фронта юго-западнее новой Калитвы! Боевая группа Мэмпеля (командир, часть полкового штаба и штабной роты, усиленная стрелковая рота, часть 9-йи 10-й рот 140-го панцергренадерского полка и 2-я батарея 201-го батальона штурмовых орудий) успешно обороняла свой заслон и подбила свыше 20 вражеских танков!
Поздно вечером контрударом III-го батальона 6-го полицейско-пехотного полка было успеш но устранено угрожающее вклинение противника на Дубовиково на стыке дивизий "Равенна" и "Коссерия". Полицейско-пехотный батальон (из солдат старших возрастов) был усилен двумя взводами 127-го танкового батальона и преследовал неприятеля вплоть до берега Дона! Там храбрый III-й батальон 6-го полицейско-пехотного полка при поддержке 127-го танкового батальона успешно отразил новую русскую контратаку и нанес врагу значительные потери. Угрожающий вражеский прорыв к Дубовикову был окончательно урегулирован, угроза охвата правого фланга охранного батальона 318-го гренадерского полка (полковник Мильке) устранена.С наступлением темноты солдаты по приказу вновь отступили на заслон у Дубовикова (где находился КП 27-й танковой дивизии)...
В середине дня была образована группа Шульца: командир и главные силы II-го батальона 140-го панцергренадерского полка (без одной усиленной роты), часть 3-й батареи 127-го противотанкового дивизиона, 2-я моторизованная батарея 127-го танко-артиллерийского полка, а позднее также III-й батальон 6-го полицейко-пехотного полка и 3-я батарея 19-го моторизованного зенитного полка. Она занимала заслон и огневые точки у Дубовикова и до позднего вечера успешно отразила все попытки прорыва противника с трех направлений. 127-й танковый батальон (гауптманн Меркс с тремя танковыми ротами и 2-йротой 127-го танко-саперного батальона) успешно оборонял заслон у Голого и подбил там много вражеских танков! Район Дерезовки вечером был оставлен усиленным 318-м гренадерским полком (с несколькими танками 27-й танковой дивизии) под угрозой окружения крупными вражескими силами.
В течение ночи на 17 декабря сначала была потеряна связь с главными силами боевой группы Мэмпеля. Майор Фридрих с усиленным I-м батальоном 140-го панцергренадерского полка и частью 127-го танкового батальона перешел в наступление и смог вернуть большую часть потерянных итальянских позиций на левом фланге дивизии "Коссерия". До вечера все предпринимавшиеся русские контратаки были отбиты! I-й батальон понес большие горькие потери (более 50% боевого состава, включая всех офицеров!). В середине ночи полосу сильно потрепанной итальянской дивизии "Коссерия" приняла 385-я пехотная дивизия.
27-я танковая дивизия перенесла свой КП на Белый Колодезь, после чего восемь русских танков, не стреляя, на полном ходу проехали через него на северо-запад. К концу первого дня боев район южнее Черной Калитвы был удержан, заслоны и опорные пункты в основном сохранены или отбиты. Активной обороной III-го батальона 6-го полицейско-пехотного полка юго-восточнее Дерезовки, проведенными контратаками, а также более поздней успешной обороной боевой группы Фридриха в полосе дивизии "Коссерия", 27-я танковая дивизия смогла предотвратить угрозу развития вражеского прорыва в районе Дубовиков-Орабинский в направлении на запад и юго-запад. 127-й танко-артиллерийский (майор Кресс) полк собрал все свои батареи и переместил огневые позиции в район Белого Колодезя. Обозы дивизии вместе со штабом 127-го танко-саперного батальона (гауптманн Молфентер, рота саперов и две тревожных роты обозников) были перемещены в район Писаревка-Краснодар-Даррово.
17 декабря в 3.30 началась сильная вражеская танковая атака в районе Гадючье-Филоново (где были части 127-го танко-саперного батальона и 201-го батальона штурмовых орудий), которая была успешно отбита. Главный фокус второго боевого дня сместился на боевую группу Мэмпеля, которая за этот день доложила о 50подбитых вражеских танков! Заслон у Голого успешно оборонялся 2-й ротой 127-го танко-саперного батальона с поддержкой нескольких танков. Саперы, верхом на танках Pz.III и IV сходу разгромили маршевую колонну одного русского батальона! Боевая группа Шульца (усиленная III-м батальоном 6-го полицейско-пехотного полка и группой 8,8-см зениток Люфтваффе, вечером вместо тяжело раненного командира II-го панцергренадерского батальона, ее принял гауптманн Фюрбрингер) занимала круговую оборону Дубовикова. При обороне заслона 27-й танковой дивизии у Дубовикова, танки 127-го танкового батальона Меркса разгромили сильные русские штурмовые группы на исходных позициях и нанесли врагу тяжелые потери. В течение второго боевого дня наши танки подбили 34 вражеских танка, зенитчики из 3-й батареи 19-го зенитного полка Люфтваффе - еще свыше семи танков.
Ночью вражеская пехота в виде сильных штурмовых групп с саперами снова появилась на северной окраине села, однако была отброшена с большими потерями под личным руководством начальника оперативного отдела дивизии. Заслон у Дубовикова был восстановлен и удержан!
В районе восточнее Дерезовки, перед огневыми точками группы Фридриха и остатками итальянской дивизии "Коссерия" (которые были подчинены 385-й пехотной дивизии) весь день 17 декабря противник наступал крупными силами, при поддержке многочисленных батарей и штурмовой авиации. Бойцы I-го батальона 140-го панцергренадерского полка и размещенные среди них итальянские егерские роты, удерживали свои опорные пункты и заслоны, хотя противник южнее Дерезовки на широком фронте уже устремился в южном и юго-западном направлении. Сил для контрудара по этому противнику у 27-й танковой дивизии уже не было! Вечером на долгое время была потеряна связь с соседями (частями 213-й гренадерской и 385-й пехотной дивизий).
В середине дня командир 385-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Айбл проинформировал начальника оперативного отдела 27-й танковой дивизии (на КП в Зорком) о тяжелом положении на правом фланге его дивизии: "Сильные группы противника с многочисленными танками продвигаются через Орабинский на юг!". 385-я пехотная дивизия сократила свою полосу обороны и постепенно отходит в район Ивановка-"старые донские позиции".
Последний принятый по радио приказ от полковника Кинцеля из группы армий "Б" гласил: 385-й пехотной и 27-йтанковой дивизиям справляться собственными силами! Вот что сообщил Айбл майору фон дер Планитцу. Исходя их этого полковник Трёгер (на дивизионном КП с 17.00 у Ивановки) решил сначала активно урегулировать положение на угрожаемых участках: усиленный 127-й танковый батальон (с частями 127-го танко-саперного батальона и 3-й батареи 19-го зенитного полка) направить в контратаку на Орабинский и усилить пока еще держащиеся там части боевой группы Мэмпеля, после чего заблокировать дальнейшее продвижение противника на юг и юго-запад! I-й дивизион 127-го танко-артиллерийского полка (гауптманн Зиберт) сменил позиции и сосредоточил свои батареи у Стиценкова, откуда был открыт сосредоточенный огонь по преследующему неприятелю. Для быстрого перемещения орудий были задействованы тягачи из эвакуационного отряда и зенитчиков...
Далее 27-я танковая дивизия попыталась упорядочить свои войска: боевая группа Фюрбрингера (II-й батальон 140-го панцергренадерского полка без одной роты и 2-я рота 127-го танко-саперного батальона) получила приказ оторваться от противника у Голого и собраться за Белым Колодезем и прибыть в Зоркий. Части 127-го танкового батальона и передовые подразделения боевой группы Фюрбрингера с 16.00 заняли заслон у Зоркого (на котором уже были тревожный пехотный взвод из обозников второй очереди и группа 8,8-см зениток из 3-й батареи 19-го зенитного полка). Обоз первой очереди был отведен и занял (силой 2-3 тревожных взводов стрелков) вторую линию обороны у Смаглеевки.
Вечером 17 декабря была оборвана последняя связь с боевой группой Мэмпеля, а после этого – и с главными силами боевой группы Лахнитта (части 127-го противотанкового дивизиона, 9-й и 10-й рот 140-го панцергренадерского полка), которая сильной русской атакой в северо-западном направлении была отрезана и оттеснена за самый южный опорный пункт 27-й танковой дивизии. Подполковник Лахнитт с частью сил усиленной 3-й батареи 127-го противотанкового дивизиона установил связь с немецкими войсками, сражавшимися у Миллерово и там усилил их оборону. Боевая группа Мэмпеля (часть штаба, полковые подразделения и одна усиленная рота 140-го панцергренадерского полка) в итоге оказалась в боевой группе 198-й пехотной дивизии, была подчинена ее штабу, сражалась на южном фасе русского прорыва и больше не имела связи со своей дивизией. С остатками II итальянского корпуса она отошла к Чертково и там до начала января 1943 года успешно вела круговую оборону, отражая все неприятельские атаки.
В ночь с 17 на 18 декабря (третий день больших боев на участке южнее Россоши) в штаб 27-й танковой дивизии в Ивановке гауптманн Перси (Persy) доложил о прибытии новосформированного 127-го батальона связи. Утром его солдаты пешим маршем прибыли через Россошь и сразу же начали выполнять свои обязанности. После разговора командиров 385-й пехотной и 27-й танковой дивизий линия обороны обеих дивизий в районе юго-западнее новой Калитвы на Дону (там находились основные силы 385-й пехотной и часть 213-й охранной или гренадерской дивизии) была значительно сокращена. 27-я танковая дивизия приняла участок у подорожного, куда была отведена боевая группа Фюрбрингера. С середины ночи отошедшие к Зоркому панцергренадеры II-го батальона 140-го полка до утра 18 декабря устраняли вражеское вклинение в районе юго-западнее новой Калитвы-юго-восточнее Подорожного. Их аръегард у Зоркого с шестью танками 127-го танкового батальона прикрывал открытый фланг 27-й танковой дивизии против сильных вражеских групп из Писаревки (потом генерал-лейтенант Айбл разместил здесь части итальянского Альпийского корпуса). Ночью сильная вражеская пехота из Цапково захватила важные высоты 197,1 и 219 юго-западнее Новой Калитвы, однако была сброшена оттуда атакой боевой группы Меркса (главные силы 127-го танкового батальона и часть 127-го танко-саперного батальона) при поддержке огня пяти батарей 127-й танко-артиллерийского полка.
Боевая группа Фридриха (усиленный I-й батальон 140-го панцергренадерского полка с одной саперной ротой, одной батареей и частью 127-го танкового батальона) ночью прорвался через захваченное врагом Цапково за заслон 27-й танковой дивизии. Там она заняла оборону Ивановки. После этого положение 385-й пехотной и 27-й танковой дивизии начало стабилизироваться на глазах! Последняя остававшаяся в аръегарде у Дубовикова зенитная группа ночью также вернулась, однако из-за вражеского огня все ее орудия были потеряны!
Ночью на 18 декабря командование над 27-й танковой дивизией и 385-й пехотной дивизией приняло управление XXIV танкового корпуса (генерал Вандель – Wandel). Фронт Новая Калитва-Россошь был укреплен подтянутыми частями 387-й пехотной дивизии и егерскими полками итальянского Альпийского корпуса. 127-й танковый батальон 19 декабря отбил несколько вражеских атак из района Цапково и вернул важную высоту 219,0, подбив при этом несколько вражеских танков (свои потери при этом составили три «Шкоды» 38t от огня ПТО). 127-й танковый батальон контрударами отразил все вражеские атаки и успешно предотвратил быстрый захват Ивановки крупными вражескими силами, снова наступавшими из Цапково! Одно вклинение на северо-восточной окраине Ивановки было устранено лично майором фон дер Планитцем, который организовал немедленную контратаку силами посыльных, связистов и водителей из дивизионного штаба. В середине ночи оборону Ивановки принял 385-й гренадерский полк (полковник Эрлер) (при поддержке части 127-го танкового батальона). Назначенная приказом XXIV танкового корпуса перегруппировка и отход на новую линию обороны в полосе 385-й пехотной дивизии юго-западнее Новой Калитвы были проведены до середины дня 20 декабря. 27-я танковая дивизия (КП – у Зеленого Яра) была подчинена 385-й пехотной дивизии и размещена на ее правом фланге следующим образом:
Справа – боевая группа Фридриха (I-й батальон 140-го панцергренадерского полка, 1-я рота 127-го танко-саперного батальона без одного взвода), также ей была подчинена 3-я рота 14-го полицейско-пехотного полка на участке северо-западнее Ивановки (остатки этого полка располагались в резерве в районе южнее Россоши). К группе Фридриха примыкала боевая группа Фюрбрингера (усиленный II-й батальон 140-го панцергренадерского полка и часть 127-го противотанкового дивизиона), ей были подчинены остатки 385-го лыжного батальона. Слева находилась группа Шульце (усиленный III-й батальон 539-го гренадерского полка). В резерве 27-й танковой дивизии были 127-й танковый батальон, 127-й танко-артиллерийский полк (две легких и две тяжелых батареи), а также 127-й танко-саперный батальон. После выхода из боев на участке Черной Калитвы, линия фронта XXIV танкового корпуса была сокращена и 21-22 декабря успешно удерживала оборону против всех вражеских атак с направления Новой Калитвы. Оборудованные укрепления были только в районе Ивановки-юго-западнее Новой Калитвы на Дону. Пересеченная местность предоставляла хорошие возможности для ведения обороны. 27-я танковая дивизия и ее соседи быстро громили и устраняли все вражеские вклинения немедленными контрударами усиленного 127-го танкового батальона, а также оперативным переносом сосредоточенного огня всех батарей 127-го танко-артиллерийского полка (шесть собственных и еще несколько приданных батарей из 385-го артиллерийского полка, под командованием майора Кресса). 20-21 декабря на этот участок также был передан противотанковый дивизион «В», из один взвод 7,62-см самоходных орудий был размещен на линии фронта (подчинен боевой группе Фридриха). Все вражеские вклинения в эти часы были быстро разбиты либо же заблокированы; один в течение дня угрожавший охват с северо-запада правого фланга 385-й пехотной дивизии был также окончательно устранен! До 21 декабря ситуация на участке Черной Калитвы успокоилась, все вклинения в оборону были устранены, линия фронта твердо удерживалась в наших руках. В ночь на 22 декабря командир XXIV танкового корпуса предварительно сообщил по радио, что из сектора 2-й танковой армии в Морозовку должна прибыть рота средних танков (3-я рота 35-го танкового полка, обер-лейтенант Кэстнер), которая как ожидается будет направлена под Россошь. Эта рота предназначалась 22-й танковой дивизии. 127-й танко-саперный батальон в связи с этим сразу же получил задачу укрепить мост в Морозовке до грузоподъемности 30 тонн. Полковник Хайдкэмпер проясняет на этот счет: «3-я рота 35-го танкового полка (из прежней 4-й танковой дивизии), оставив свой прежний номер, по распоряжению ОКх/In6, должна была полностью влиться в 127-й танковый батальон.»
Оставшиеся дни до Нового года были посвящены тому, чтобы привести в порядок разрозненные подразделения 27-й танковой дивизии, обеспечить их из собственных запасов и запасов группы армий и, насколько это возможно, заново перевооружить. Полковник Трёгер приказал проводить регулярную замену всех размещенных подразделений, тем более что в ротах на фронте был только самый минимум зимнего обмундирования! Это вызвало у боевых групп Фюрбрингера и Шульце (пополненным из числа полицейско-пехотных и охранных батальонов) значительного роста обморожений начиная с 16 декабря. Прибывшие из Россоши остаточные части 6-го полицейско-пехотного полка пополнили его III-й моторизованный батальон. Кроме того, через сборный пункт группы армий в 27-ю танковую дивизию были направлены примерно 150 человек из дивизии, оторвавшиеся от своих подразделений, где они были приняты с большой радостью. III-й батальон 6-го полицейско-пехотного полка был выведен с фронта и расположен для снабжения и пополнения у Зеленого Яра (вблизи дивизионного КП и штаба), ему было выделено соответствующее время, вооружение и имущество. Позднее этот батальон вместе с II-м и III-м батальонами 14-го полицейско-пехотного полка составил резерв 27-й танковой дивизии в качестве боевой группы Гримма. Вечером 23 декабря боевая группа Гримма (сначала 11-й ротой 14-го полка с взводом тяжелого вооружения) до середины ночи произвела смену на позициях боевой группы Фюрбрингера на участке севернее Ивановки. В резерв 27-й танковой дивизии была выделена 2-я рота 127-го танко-саперного батальона и один взвод самоходных 7,62-см ПТО из тяжелого противотанкового дивизиона «В» (вблизи Поддубновки – с 25.12 командного пункта 27-й танковой дивизии). В ночь на 24 декабря 385-я пехотная дивизия уплотнила свои боевые порядки и разместила правее боевой группы Фюрбрингера итальянский 6-й пехотный полк (полковник Карлони, дивизия «Юлия», ее сосед слева - 538-й гренадерский полк). В дальнейшем штаб 27-й танковой дивизии использовал любую возможность, чтобы дать измученным двумя неделями боев солдатам фронтовых подразделений хотя бы две непрерывных недели отдыха в тылу, а также снабдить их хотя бы обувью, которая была в жутком состоянии.
После спокойной ночи на 24 декабря расположенный правее боевой группы Гримма (усиленный III-й батальон 6-го полицейско-пехотного полка и одна рота саперов) альпийский батальон в результате нескольких мощных, поддержанными танками атак противника, после упорной кровопролитной обороны в окружении, вынужден был отойти на северо-запад. Поскольку из-за этого ухудшения обстановки группа Гримма оказалось под угрозой флангового охвата, полковник Трёгер направил для устранения опасного вражеского вклинения часть дивизионного резерва – 127-й танковый батальон, два взвода 127-го саперного батальона, поддержанного I-м дивизионом 127-го танко-артиллерийского полка (гауптманн Зиберт). Противник был внезапно атакован с фланга, сбит с высоты 204,6, после чего снова занявший там оборону альпийский батальон был успешно поддержан при отражении повторной вражеской атаки. После того, как несколько вражеских танков было подбито, положение было восстановлено! Вклинившийся из района Дерезоватки в оборону боевой группы Фюрбрингера у высоты 153,3 сильный неприятель был сначала остановлен, а затем и разбит сосредоточенным огнем всех батарей 127-го танко-артиллерийского полка.
Опасное вражеское вклинение было быстро устранено немедленной контратакой танков и БТР 1-й роты 140-го панцергренадерского полка, которые смогли отбить эту высоту. В составе 127-го танкового батальона (Меркс) в вечер перед Рождеством в полосе 27-й танковой дивизии было пять боеготовых танков Pz.II и двенадцать Pz.III И Pz.IV. Эти двенадцать танков выглядели следующим образом: три Pz.III/«Шкода» 38t (пушка 3,7-см), пять Pz.III (пушка 5-см L60), один Pz.III (пушка 3,7-см kurz), два Pz.IV (пушка 7,5-см kurz), один P.zIV (пушка 7,5-см L48). Сюда же относятся два командирских танка Pz.Bf.III и одна «Шкода» 38tпри штабе 27-й танковой дивизии (радиоотряд).
Начальник тыла дивизии, гауптманн Маркс, вместе с дивизионным инженером при поддержке квартирмейстера XXIV танкового корпуса, делали все возможное для восстановления боеготовности примерно 30 танков, поврежденных в боях южнее Россоши и у Черной Калитвы. Соответствующий приказ был передан в танковую мастерскую 27-й танковой дивизии у Касторного (сектор 2-й армии). Полковник Трёгер, вместе с командиром XXIV танкового корпуса генералом артиллерии Ванделем, во второй половине дня посетили все командные пункты, отдельные опорные пункты и роты на передовой, чтобы лично пожелать солдатам «Счастливого Рождества!», насколько позволяли условия того дня. Военные священники благословляли в дороге их самих и их товарищей…
Начальник штаба корпуса вечером сообщил майору фон дер Планитцу о прибытии новых самоходных 7,62-см ПТО! Всем подразделениям дивизии был разослан приказ дня, в котором полковник Трёгер выражал свою глубокую благодарность за их мужество и заслуги в оборонительных боях на участке Черной Калитвы, юго-восточнее Россоши-западнее Новой Калитвы на Дону, где 27-я танковая дивизия приняла существенная участие, сражаясь с открытым правым (западным) флангом. Оставшиеся дни до Нового года на участке XXIV танкового корпуса прошли довольно спокойно, если сравнивать с кипевшим до этого 14 дней сражением юго-западнее Калитвы. Все вражеские атаки были успешно отражены. Ослабленная (особенно из-за многочисленных обморожений) боевая группа Гримма (полицейско-пехотные роты которой, размещенные на фронте, имели до 50% потерь!) в ночь на 26 декабря была сменена на передовой боевой группой Хесса (командование, штабная рота и две роты I-го батальона 542-го гренадерского полка). Боевая группа Фюрбрингера, из-за спокойной обстановки и особенной удобного расположения на местности, отправила по 30-40 человек из передовых опорных пунктов в район дислокации III-го батальона 539-го гренадерского полка, где они были накормлены и наконец-то согрелись. Боевая группа Шульце вернулась в свою 385-ю пехотную дивизию (Айбл). Штаб 27-й танковой дивизии усилил боевую группу Хесса оставшейся частью 127-го противотанкового дивизиона (обер-лейтенант Кёлер). Подполковник Лахнитт с основной частью штаба, штабной роты и усиленной 3-й (БТР) ротой 127-го противотанкового дивизиона (в т.ч. взвод из 1-й роты) в ходе русского прорыва был отброшен 17-18 декабря южнее, в район Чертково-Миллерово. Дивизия и корпус предпринимали все усилия, чтобы восстановить противотанковый дивизион, передавая пополнения, новые орудия и тягачи.
Еще 21 декабря полковник Трёгер по радио был вызван в группу армий «Б», однако вечером того же дня вызов был отменен. Пятью днями позже он все-таки прибыл в штаб группы армий в Старобельск. Он должен был предоставить отчет группе армий «Б» и ОКХ относительно формирования и первого боевого применения новой 27-й танковой дивизии. В журнале боевых действий дивизии нет никаких сведений относительно содержания и результатов совещания в Старобельске у командующего группой армий (генерал-полковник барон фон Вейхс, в 1935-1937 гг – первый командир 1-й танковой дивизии). Однако точно известно, что фон Вейхс и Трёгер (позднее он стал генерал-лейтенантом и пережил войну) осудили все насущные проблемы 27-й..
Первые последствия доклада, сделанного командиром 27-й танковой дивизии своему фронтовому командующему, наступили несколько дней спустя. Командующий группой армий «Б» приложил все усилия, чтобы оказать помощь.
26-27 декабря на участке XXIV танкового корпуса прошли в целом спокойно, несколько вклинений противника, поддержанного многочисленными танками, были устранены оперативными резервами 27-й танковой дивизии. Утром 27 декабря 127-й танковый батальон (усиленный несколькими БТР) прибыл в полосу 387-й пехотной дивизии и сразу же принял участие в контрударе по вновь вклинившемуся неприятелю. Потерянный ночью круговой опорный пункт альпийских егерей на высоте 206,6 был возвращен до 8.30 совместной утренней атакой 127-го танкового батальона и итальянских горных егерей! Также перед линией обороны итальянцев два самоходных 7,62-см противотанковых ПТО из 127-го противотанкового дивизиона подбили два из четырех наступавших русских танков. Новая сильная атака русской пехоты была остановлена заградительным огнем батарей 127-го танко-артиллерийского полка (майор Кресс), и больше не повторялась!
Передовые наблюдатели артиллерийского полка , размещенные также и у соседей, и у итальянских позиционных батальонов, также внесли весомую лепту в успех, хотя при этом сам полк до конца еще не был доформирован и испытывал нехватку внедорожных тягачей. Полковник Трёгер и его начальник тыла прилагали массу усилий, чтобы путем обмена автосредствами обеспечить все орудия и тяжелое вооружение хотя бы полугусеничными тягачами. Полная «зимняя подвижность» начинает цениться, только когда наступает ее срок…
В ночь на 27 декабря майор фон дер Планитц наконец-то смог восстановить радиосвязь с боевой группой Мэмпеля, которое уже долгое время была подчинена 298-й пехотной дивизии (в составе остатков XXXV итальянского корпуса). Остатки 298-й пехотной дивизии и итальянской дивизии «Пасубио» оказались отброшены на участок юго-западнее Богучара-юго-восточнее Кантемировки, были окружены крупными русскими силами и заняли круговую оборону Чертково.
Генерал артиллерии Вандель 27 декабря в дневном приказе обратился к солдатам XXIV танкового корпуса и примкнувшим к нему союзникам: «Выражаю благодарность за неутомимую стойкость и несравненный героизм при обороне против превосходящего неприятеля начиная с 16 декабря!» Вскоре после оглашения приказа начальник штаба корпуса проинформировал начальника оперативного отдела 27-й танковой дивизии о плане группы армий отвести дивизию с 30 декабря, и, после краткого отдыха вблизи фронта в районе Пантюхина-Бондерово-Ганусовка/Ясиновка, сосредоточить ее в тылу опасного разрыва фронта у Валентиновки-Ясиновки (район западнее железной дороги Миллерово-Чертково-Россошь, восточнее Ровеньки и северо-западнее Кантемировки). Фронт здесь пока прикрывали слабые тревожные подразделения из состава тыловых частей группы армий. Резервы пока еще были на подходе (в т.ч. часть дивизии «Великая Германия», учебный полк и 19-я танковая дивизия). Полковник Трёгер 28 декабря через КП XXIV танкового корпуса (у Россоши) вернулся из Старобельска и сообщил дополнительные подробности плана группы армий «Б» и немецкого генерала-советника при 8-й итальянской армии:
После перегруппировки и отдыха за разрывом фронта в секторе 8-й итальянской армии в районе Ганусовка-Ясиновка-Марковка (северо-восточнее Старобельска), 27-я танковая дивизия, вместе с прибывшими к тому моменту указанными 19-й танковой дивизией, 901-м учебным полком и другими частями усиления, должна будет нанести энергичный удар через железнодорожную линию Миллерово-Чертково-Россошь в восточном направлении на Кантемировку-Чертково, чтобы деблокировать окруженные в районе Кантемировки крупные немецкие и итальянские силы, и закрыть разрыв фронта! Группа армий «Б», через немецкого генерала при 8-й итальянской армии (его штаб по факту управлял этой армией северо-восточнее Старобельска) передавало следующие указания по распределению боевых групп 27-й танковой дивизии:
Находившиеся на участке боевой группе СС Фегеляйна части II-го батальона 140-го панцергренадерского полка и 127-го противотанкового дивизиона (БТР и самоходные тяжелые ПТО) сосредотачивались в районе Кулинковка-Валентиновка. II-й дивизион 127-го танко-артиллерийского полка временно оставался в полосе 385-й пехотной дивизии. Часть I-го батальона 140-го панцергренадерского полка и 127-й танко-саперный батальон вместе со 127-м танковым батальном должны были оставаться в прямом подчинении корпусу и находиться в боевой готовности в тылу опорных пунктов 387-й пехотной дивизии. I-й дивизион 127-го танко-артиллерийского полка (Зиберт) подчинялся группе Фегеляйна в районе западнее Ясиновки-Куликовки. Боевая группа Фегеляйна состояла из частей кавалерийской бригады СС, II-го батальона 3-го полицейско-пехотного полка СС, I-го батальона 15-го пехотного полка СС, и располагалась перед районом сосредоточения 27-й танковой дивизии у Красногомолота-Куликовки, цепью опорных пунктов прикрывая фронт XXIV танкового корпуса и 8-й итальянской армии.
На открытый правый фланг корпуса (восточнее Беловодска и Марковки) группа армий одновременно перебрасывала тревожные подразделения (в т.ч. танковую боевую группу фон дер Ланкена из «Великой Германии» и остатки 24-й танковой дивизии из района Ростова), а также усиленную панцергренадерскую боевую группу 901-го учебного полка (Шолце), стараясь этими частями в маневренных боях удержать возникшую брешь северо-восточнее Старобельска-севернее Миллерово.
План отдыха и пополнения 27-й танковой дивизии вблизи фронта включал в себя следующее: из I-го и подвижной части II-го батальонов 140-го панцергренадерского полка формировался один полностью подвижный панцергренадерский батальон, которому передавались все бронетранспортеры полка и автомашины II-го батальона. Оставшаяся часть II-го батальона должна была быть пополнена и получить полную «зимнюю подвижность» на санях (при этом для тяжелого вооружения иметь тягачи или хотя бы грузовики Maultier). 1-я и 2-я роты 127-го танко-саперного батальона сводились в одну усиленную танко-саперную роту, остатки противотанкистов – в усиленную 127-ю противотанковую роты самоходных орудий. Из остатков батальонов 14-го и 6-го полицейско-пехотных полков формировался один моторизованный полицейско-пехотный батальон. Кроме этого, в составе дивизии должны были быть созданы многочисленные подвижные «зимние егерские команды». II-му дивизиону 127-го танко-артиллерийского полка отдавались оставшиеся автомашины и тягачи из запасов группы армий и он снова становился полностью подвижным..
В ходе этой перегруппировки все подчиненные штабы и обозы должны были быть решительным образом сокращены, чтобы высвободившимися солдатами укрепить боеспособность пехоты! Кроме этого, ожидалось скорое поступление танков и самоходных орудий из ремонтного пункта в Касторной (сектор 2-й армии), новых танков и штурмовых орудий III и IV для 127-го танкового батальона, а также ранее оговоренной 3-й роты 35-го танкового полка, как сообщил начальник танковых войск группы армий (Ia/Pz.Offz) через штаб немецкого военного советника при 8-й итальянской армии. Боевая группа 27-й танковой дивизии (полковник Трёгер) на 29 декабря располагала восемью полностью боеготовыми танками Pz.III/IV, в усиленной 127-й противотанковой роте (обер-лейтенант Кёлер) было шесть самоходных 7,62-см ПТО, две 7,7-см ПТО (без тягачей), вскоре еще должно было поступить десять самоходных 7,5-см ПТО. Ремонтная служба 27-й танковой дивизии доложила, что в армейских ремонтных мастерских в Касторном остается примерно 20 танков дивизии. Гауптманн Маркс от имени дивизии еще раз написал просьбу незамедлительно отправить эти танки, а также самоходные орудия и автомашины по железной дороге. Он попросил командование группы армий «Б» для решения этого вопроса надавить на транспортников.
В ночь на 30 декабря на дивизионный командный пункт 27-й танковой дивизии через XXIV танковый корпус поступил приказ группы армий провести в ночь с 30 на 31 декабря вывод 27-й танковой дивизии (включая II-й дивизион 127-го танко-артиллерийского полка) с участка фронта южнее Россоши. Утром 30 декабря боевая группа Фридриха (основные силы 140-го панцергренадерского полка) выслала на новое место дислокации усиленный взвод (БТР с тяжелым вооружением и бронеавтомобиль), чтобы занять и организовать прикрытие района Пантюхина-юго-западнее Мал.Яровки.
I-й батальон 140-го панцергренадерского полка был полностью моторизован за счет грузовиков II-го батальона и в ночь на 31 декабря совершил марш на новое место расположения и сосредоточения 27-й танковой дивизии, в направлении Новая Марковка-Ясиновка на открытом правом фланге XXIV танкового корпуса (Вандель). Передовой отряд Фридриха доложил еще тем же вечером: «После обеда достигнута Мал.Яровка. Проводится соединение с боевой группой батальона сопровождения фюрера («Великая Германия»). Указанное село свободно от противника».
Tags: 27 pz.d, декабрь 1942
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments