nordriegel (nordrigel) wrote,
nordriegel
nordrigel

Category:

22-я танковая дивизия. Летнее наступление

Бои на Украине с мая 1942 года

Короткое время нахождения в районе Краматорской было использовано 22-й рейнско-пфальцской танковой дивизией для отдыха рядом с фронтом. Там она была подчинена 1-й танковой армии (фон Клейст), которая составляла резерв группы армий «Юг». Зенитный дивизион He.Flak-Abt.289 (Хелль) наконец-то полностью прибыл в дивизию.

Используя главную базу снабжения группы армий «Юг» в Сталино, начальник тыла дивизии майор генерального штаба Хюбнер быстро смог восполнить в дивизии нехватку и потери вооружения и имущества. 204-й танковый полк получил 30 новых танков «Шкода» 38t и послал в Магдебург команду по приемке шести Pz.IV/lg. III-му танковому батальону, который оставался в районе Севастополя в составе 11-й армии была передана часть легкого ремонтного взвода. Бронетранспортерные роты получили новые БТР. 27 мая полковник фон Коспот доложил о сосредоточении полкового штаба и двух дивизионов 140-го артиллерийского полка. I-й артдивизион вместе с III-м танковым батальоном и 140-м стрелковым полком пока еще оставался при 11-й армии. После взятия Севастополя в 22-ю танковую дивизию из разведбатальона 22-й пехотной дивизии (с Крита) были переданы один тяжелый и два легких взвода бронеавтомобилей, из которых, после усиления двумя мотоциклетными и одним тяжелым мотоциклетным взводом, была сформирована 140-я бронеавтомобильная рота, напрямую подчиненная начальнику оперативного отдела дивизии.
В середине дня 24 мая части 22-й танковой дивизии в составе III танкового корпуса в районе Петровское–Потоповка (юго-восточнее Лозовеньки) вступили в бой с прорывавшейся к Харькову красной ударной армией. В боях приняла участие боевая группа Коппенбурга (штаб и I-й батальон 204-го танкового полка, батальон БТР II./129, саперная рота на легких БТР 3./Pz.Pi.Btl.50, 3-я (зенитная) батарея 140-го противотанкового дивизиона), во взаимодействии со II-м дивизионом 140-го артиллерийского полка.Командир 3-й стрелковой бригады, генерал-майор Вестхофен, писал, что в «сражении на окружение южнее Харькова в начале 1942 года» III танковый корпус имел полный успех, взяв 125 000 пленных, уничтожив примерно 400 танков, захватив 800 пушек и свыше 1000 единиц тяжелого вооружения). После завершения этой битвы 204-й танковый полк (без III-го батальона) заявил как о полностью боеготовых танках 10 Pz.II, 36 «Шкода» 38t, 8 Pz.III/lg, 6 Pz.IV/kz, 6 Pz.IV/lg, 7 самоходных ПТО 7,62-см и 64 средних БТР (в батальоне II./129).
К 7 июню количество боеготовых танков всех типов возросло до 105, тяжелых ПТО – до 9. В ночь с 4 на 5 июня части 22-й танковой дивизии (кроме III-го танкового батальона и частей 22-й стрелковой бригады) выступили маршем в район юго-восточнее Харькова к группе фон Макензена (командование III танкового корпуса и части 6-й армии) для участия в операции «Вильгельм». 10 июня из района севернее Чугуева дивизия вместе 14-й танковой дивизией в составе III танкового корпуса начала наступление и через два дня вышла в район северо-восточнее Красноармейского. Здесь утром 13 июня произошло соединение с левым охватывающим крылом 6-й армии, наступавшим восточнее Харькова, в результате чего были окружены крупные вражеские силы. Ускоренным маршем двигавшаяся следом пехота 6-й армии приняла участок дивизии на фронте окружения.
14 июня передовой отряд под командованием гауптманна фон Зауэр-Нордендорфа (командира I-го батальона 129-го стрелкового полка) захватил господствующие высоты у Ольховатки на Бурлуке. Таким образом завершилась победоносная битва на Донце южнее Волчанска. 15 июня утром после успешного отражения сильной вражеской атаки была сменена на фронте у Ольховатки передовыми ротами 297-й австрийской пехотной дивизии. Вечером вместе с управлением III танкового корпуса она совершила марш в район Балаклеи, снова вернувшись под командование 1-й танковой армии. 204-й танковый полк в ходе операции «Вильгельм» заявил об уничтожении 35 Т-34. Сам он потерял 4 танка Pz.III и IV и 3 «Шкоды» (безвозвратно). 16 июня 22-я танковая дивизия имела боеготовыми свыше 95 танков (в т.ч. 63 «Шкоды» и несколько Pz.II).


Участие в летнем наступлении 1942 года

Шестью днями позднее, примерно 20 июня, 22-я танковая дивизия приняла участие в сражении у Купянска. Подчиненная группе фон Макензена (куда входили также III танковый корпус в составе 14-й, 16-й танковых и 60-й моторизованной дивизий, и LI армейский корпус), рейнско-пфальцская танковая дивизия совершила сложную переброску с верхнего Бурлука обратно на Донец и из района Балаклеи атаковала в восточном и северо-восточном направлении. Через 5 дней тяжелых боев был захвачен участок Оскола южнее Купянска.

После этого последовало 8 дней отдыха и приведения себя в порядок в районе Артемовск-Комсомольск. В начале июля 22-я танковая дивизия была задействована в первой фазе немецкого летнего наступления 1942 года (операция «Блау») в составе 1-й танковой армии, которая до конца месяца наступала в направлении Ростова. С тяжелыми боями усиленный танками 24-й мотоциклетный батальон (Зандер) 9 и 10 июля в районе Нов.Астрахань-Пролетарск захватил важный плацдарм через упорно оборонявшийся Донец. Затем боевая группа Родта (штаб 22-й стрелковой бригады, 24-й мотоциклетный батальон, части 129-го стрелкового полка (Хундертмарк)), II-й батальон 204-го танкового полка и 300-й танковый батальон нанесли удар через Роги-Каменск-Владимирское на Буденный. Оттуда, двигаясь точно на юго-запад, 22-я стрелковая бригада Родта в тесном взаимодействии с передовыми отрядами XXXX и LVII танковых корпусов вышла к Ростову-Север. Авангарды бригады нашли и преодолели брод через речку Тузлов и около 15.00 вышли к минному полю на северной окраине Ростова. Разминирование заняло примерно два часа, после чего 23 июля боевые группы фон Зауэра (усиленный I-й батальон 129-го стрелкового полка) и Баумунка (II-й батальон 204-го танкового полка и части II-го батальона (БТР) 129-го стрелкового полка) завязали тяжелые уличные бои в Ростове-Центр. Сюда с северо-запада подошла 13-я танковая дивизия. В ночь на 24 июля боевой группе Родта (усиленная 22-я стрелковая бригада) удалось в центре Ростова установить соединение с передовыми отрядами LVIIтанкового корпуса, а затем с 125-й и 9-й пехотными дивизиями. Ночью круговая оборона была занята в центре города! После зачистки главной сквозной улицы города, в 6.30 боевая группа Родта прорвалась к ростовскому аэропорту имени Фрунзе, где встретилась с танковой боевой группой Мюленкампа (танки и БТР из моторизованной дивизии СС «Викинг» LVII танкового корпуса. Работая совместно с частями LVIIтанкового корпуса (командир Кирхнер, начальник штаба полковник Венк), усиленный танками 204-го полка 24-й мотоциклетный батальон пробился к переправе через Дон у Аксайской. В самый последний момент русской охране моста удалось взорвать его перед передовыми мотоциклистами.
Утром 25 июля гренадеры 9-й гессенской пехотной дивизии при поддержке III–го дивизиона 140-го артиллерийского полка и частей боевой группы Баумунка (бронетранспортеры батальона II./129 и часть сил II-го танкового батальона 204-го полка) смогли захватить небольшой плацдарм через Дон у Александровского. Еще через 20 минут, около 9.30 еще один небольшой плацдарм был захвачен майором Хундертмарком (БТР 7-й роты 129-го стрелкового полка и часть сил II-го батальона 140-го стрелкового полка с несколькими танками и передовой артиллерией 9-й пехотной дивизии).
Основные силы 22-й танковой дивизии были заняты зачисткой восточной части Ростова, где во второй половине дня были сменены 9-й пехотной дивизией. Солдаты дивизии приняли участие в захвате большого донского плацдарма группы армий «А», с которого позднее танковые соединения 1-й танковой и 4-й танковой (Гот) армий осуществили прорыв к Черному морю и Кавказу. 22-я танковая дивизия осталась сражаться в большой излучине Дона.
Тогда, когда 22-я танковая дивизия наступала на Ростов, значительная часть ее сил оказалась в составе 2-й армии: это были остававшиеся в мае-июне при 11-й армии части боевой группы Родта, из которых в июле в районе Славянска-Краматорска была сформирована группа Михалика под управлением командира 140-го стрелкового полка. По приказу ОКХ она должна была находиться в резерве вновь созданной группы армий «Б» (генерал-полковник барон фон Вейхс) в районе юго-западнее Касторной. Сам полковник Родт в начале июля вместе со штабом 22-й стрелковой бригады, II-м батальоном 140-го стрелкового полка и дивизионными частями снабжения присоединился к дивизии в районе Купянска. Группа Михалика (командование, штаб и I-й батальон(с ротой БТР) 140-го стрелкового полка, III-й батальон 204-го танкового полка, I-й смешанный дивизион 140-го артиллерийского полка и прочие) продолжал оставаться в районе Касторной в тыловом районе группы армий «Б». В конце августа эта боевая группа сражалась в составе VIIармейского корпуса 2-й армии в районе Воронежа. Она больше не вернулась в свою дивизию, которая сначала воевала в составе 6-й армии, а затем 3-й румынской армии, а в сентябре 1942 года послужила ядром для формирования у Воронежа 27-й танковой дивизии (под командованием полковника Михалика).
На конец июля боевой состав 22-й танковой дивизии представлял собой следующую картину: управление дивизии (штаб без роты сопровождения и части бригадного штаба – во 2-й армии), 204-й танковый полк (штаб полка и полковые подразделения, Iи II танковые батальоны, танкоремонтная роты – без III взвода), 129-й панцергренадерский полк (штаб полка и полковые подразделения, I-й и II-й (БТР) батальоны), II-й батальон 140-го панцергренадерскогополка (с 10-й (зенитной) ротой – которая до сентября 1942 года оставалась в дивизии), 24-й мотоциклетный батальон (штаб, штабная рота, танко-разведывательная рота, две мотоциклетных роты, тяжелая рота, рота легких БТР, легкая автоколонна), 140-я бронеавтомобильная рота (три бронеавтомобильных, два мотоциклетных, один тяжелый взвод, отряд снабжения), 140-й артиллерийский полк (штаб полка, штабная батарея, наблюдательная батарея, легкая артиллерийская автоколонна, два смешанных моторизованных артдивизиона – третий дивизион (I-й) во 2-й армии), 289-й моторизованный зенитный дивизион (штаб, две батареи 8,8-см, смешанная батарея, в конце июля стал IV дивизионом 140-го артиллерийского полка), 140-й батальон связи (штаб, радиорота, телефонная рота, легкая автоколонна связи), 140-й противотанковый дивизион (штаб, две усиленных противотанковых роты (тяжелые ПТО 7,5-см на моторизованной тяге), смешанная зенитная рота, рота штурмовых танков (10 самоходных тяжелых пехотных орудий 15-см), 50-й танко-саперный батальон (штаб, три моторизованных саперных роты, легкая саперная автоколонна, мостовая колонна, 3-я саперная рота на БТР (примерно 30 легких БТР)), дивизионная служба снабжения, две санитарные роты, подразделения обоза и обеспечения и прочие.
Отделившиеся части дивизии («сначала как одолженные», как это расценивало командование дивизии), которые не могли быть возвращены, позднее должны были быть закомпенсированы за счет вновь сформированных подразделений. Однако это осталось только обещаниями. В войсках это не встретило особого понимания! На картах обстановки ОКХ, групп армий и армий с июля 1942 года 22-я танковая дивизия была обозначена как еще одна «стержневая (или усеченная) дивизия». Она продолжила свое участие в наступлениях лета 1942 года, ее солдаты дрались также храбро и упорно, как и прежде. Однако она более не являлась «полноценной танковой дивизией старого образца». Зимой 1942-1943 гг. командование ставило задачи как полноценной танковой дивизии, однако они не могли быть решены имеющимися силами, и эта угроза была очевидна еще летом. Как нельзя было это не замечать? Или просто не хотели понимать эту простую истину? Дивизионный командир и его ближайшие помощники в штабе постоянно четко отображали такое положение вещей в «Отчетах о состоянии дивизии». Командир 22-й панцергренадерской бригады позднее лаконично написал об этом:
«22-я танковая дивизия после отделения группы Михалика (140-го панцергренадерского полка (без II-го батальона и 10-й роты), танков, артиллерии и частей снабжения), представляло собой не более чем малое танковой соединение – фактически усиленную танковую бригаду. Однако высшие штабы в группе армий и армии оперировали ею как полнокровной танковой дивизией на картах и в приказах. Однако задачи, которые были под силу прежней 22-й танковой дивизии, теперь не моли быть решены».
22-я танковая дивизия в конце июля сосредоточилась в районе Новочеркасска в распоряжении группы армий «Б» (фон Вейхс), в качестве «резерва ОКХ». Здесь генерал-майор фон Аппель покинул дивизию. С сентября 1941 года он приложил свои жизненные силы, опыт и знания старого кавалериста и танкового командира для ее формирования и пять тяжелых месяцев успешно руководил ее боями на Восточном фронте. После того, как дивизия вышла из состава 1-й танковой армии и была переброшена северо-восточнее Ростова, фон Клейст передал по радио дивизионному командиру: «Очень сожалею о дивизии. Желаю ее бойцам солдатского счастья и успеха на новом участке фронта».
В эти дни генерал-майор фон Аппель заболел и был отправлен врачом в армейский лазарет. Уезжая из штаба, он ворчал, что едет в Харьков на разведку и вскоре приедет обратно, однако больше не вернулся в 22-ю танковую дивизию.
Это было однако не единственное кадровое изменение: еще в начале июля начальник генерального штаба сухопутный войск запланировал обмен начальниками оперативных отделов между 18-й и 22-й танковыми дивизиями. 8 июля подполковник Шульц убыл через Полтаву в 18-ю танковую дивизию в группу армий «Центр». До прибытия его преемника из 18-й танковой дивизии обязанности начальника оперативного отдела 22-й танковой дивизии исполнял начальник оперативного отдела 13-й танковой дивизии подполковник Крэмер. На следующий день после прибытия, подполковник Эстор (прежний начальник оперативного отдела 18-й танковой дивизии) с высокой температурой слег в полевой лазарет. Его обязанности сначала исполнял майор фон Темпельхофф (из группы армий «А»). Затем, когда дивизия выбыла из группы армий «А» исполнять обязанности начальника оперативного отдела стал майор Хюбнер, решая одновременно задачи и начальника тыла дивизии, в чем ему помогал новый ордонанс-офицер (О1) гауптманн Вайсбах.
Также имели место значительные потери среди командного состава. Подполковник Фляйшманн принял 140-й артиллерийский полк, гауптманн фон Зауэр-Нордендорф занял место раненого полкового командира полковника Кютта в 129-м панцергренадерском полку. Гауптманн Баумунк, бывший командиром 140-го запасного батальона, стал командиром II-го батальона 204-го танкового полка (майор Коллин возглавил I-й батальон). Раненого майора Зандера в 24-м мотоциклетном батальоне сначала заменил гауптманн фон Лайстнер, затем гауптманн фон Кохенхаузен.
28 июля, после прибытия всех частей в район Кутейниково-Шахты, на дивизионном КП (в Буденном) состоялось совещание всех командиров и адъютантов самостоятельных частей и подразделений 22-й танковой дивизии.Полковник Родт представил штабу и командирам нового командира дивизии – полковника Хельмута фон дер Шевалье. После отчета о состоянии частей, который дал начальник тыла и его заместитель, был поднят вопрос о скорейшем восполнении понесенных материальных потерь. Дивизия в качестве «резерва ОКХ» у Ростова по вопросам снабжения подчинялась обер-квартирмейстеру 6-й армии. Дивизионный адъютант (IIa) гауптманн фон Плюшков сообщил о находящихся во 2-й армии частях дивизии и проинформировал адъютанта 129-го панцергренадерского полка обер-лейтенанта Шэггера, что этому полку продолжает оставаться в подчинении II-й батальон 140-го полка. Также штабу дивизии был представлен новый начальник разведки (Ic) риттмейстер фон Унрух.
Командир 204-го танкового полка еще 26 июля убыл в Ковалев, где был организован пункт танкового ремонта и снабжения 22-й танковой дивизии, и где вместе с дивизионным инженером был организован ускоренный сбор всех потерянных и поврежденных на пути к Дону танков. Майором Коллином было подготовлено, чтобы все отремонтированные к 1 августа танки были направлены в дивизию.2 августа в район сосредоточения 204-го танкового полка в Мало-Юдино прибыли примерно 30 «Шкод» 38t, 10 Pz.III/lg и несколько новых Pz.IV/lg.
Через три дня группа армий «Б» (генерал-полковник барон фон Вейхс) подняла 22-ю танковую дивизию по тревоге сразу после полуночи! Пятью часами позднее, в 5.45, передовая боевая группа уже выступила в поход через Камеск в большую излучину Дона северо-западнее Калача в 6-ю армию (генерал танковых войск Паулюс). Боевая группа Кютта (усиленный 129-й панцергренадерский полк) через Кутейниково-Каменск/Донец-Комиссаровку-Морозовскую-Чернышевскую к вечеру 9 августа достигла район Перелазовский-Верх.Черенский. Пока еще считаясь дивизионным резервом, I-й батальон 129-го полка (гауптманн фон Зауэр) следующим утром провел разведку Дона у Распопинской, выяснив, что местность свободна от противника. Боевая группа Родта (штаб 22-й панцергренадерской бригады, 24-й мотоциклетный батальон, II-й батальон 140-го полка, части 140-го противотанкового дивизиона) завязала бои со слабым неприятелем юго-западнее. Боевые группы 22-й танковой дивизии были подчинены XVII армейскому корпусу (генерал пехоты Холлидт), дивизионный КП был размещен в Липовском-Север. Небольшие подразделения 204-го танкового полка были транспортированы по железной дороге еще с русской колеей на трофейных платформах через Каменск-Лихую до района западнее Морозовской. Таким образом 8-9 августа 22-я танковая дивизия сосредоточилась на открытом левом фланге 6-й армии в районе Перелазовский-Ореховский-Избушенский-Распопинская на Дону. Здесь генерал-майор фон Аппель окончательно простился с 22-й танковой дивизией. После своего прощального визита, на санитарном самолете он был отправлен из Морозовской в госпиталь в Германии. Личный состав дивизии сердечно проводил этого храброго старого солдата.
Полковник фон дер Шевалье после возвращения из группы армий и 6-й армии принял командование над 22-й танковой дивизией. Согласно донесению от 5 августа, боевые транспортные средства дивизии были подвижны на 51%, обозы на 72%. 204-й танковый полк (Коппебург) располагал двумя танковыми батальонами с примерно 75 танками (10 Pz.II, 50 «Шкода» 38t, 10 Pz.III (включая командирские), 10 Pz.IV/lg), еще несколько Pz.IV были доложены как «на подходе».
Так с 7 августа 22-я танковая дивизия (полковник фон дер Шевалье) приступила к деятельности на этом неблагодарном участке фронта в южной России. Ее боевые группы были сразу распределены между вышедшими к южному берегу Дона корпусами, расположены в оврагах между донскими высотами и получили задачи по уничтожению и зачистке упорно оборонявшихся гнезд сопротивления и плацдармов противника. Такое применение танковой дивизии было почти неизбежным, поскольку сохранялась угроза левому флангу армии, танковый корпус которой в это время прорывался через Дон у Калача к Сталинграду. 22-я танковая дивизия постоянно сражалась в этом районе, в разное время подчиняясь XVII, LI армейским корпусам, а также XIV танковому корпусу (фон Витерсгейм).
В первую очередь полковник фон дер Шевалье выдвинул боевую группу Родта (части 22-й панцергренадерской бригады) к Серафимовичу на Дону, затем из нее был забран усиленный панцергренадерами 289-й зенитный дивизион (без одной батареи), который в качестве «заградительного отряда Хелля» был размещен для прикрытия корпусного пункта снабжения в Перелазовском. 9 августа 22-й танковой дивизии был подчинен «саперный заградотряд Микоша (Mikosch)» на Дону (полковой саперный штаб специального назначения и два войсковых саперных батальона). Боевая группа Кютта (II-й батальон 140-го панцергренадерского полка, 2-я рота (БТР) 50-го саперного батальона, танковая рота и взвод тяжелых пехотных орудий) 9-16 августа зачистила берег Дона в районе Громки.
В последующие недели 22-я танковая дивизия сражалась под управлением XI и XVII армейских корпусов в большой излучине Дона в районе севернее Перелазовского-южнееКлетской. Там ее боевые группы, во взаимодействии с 79-й и 376-й пехотными дивизиями, отбрасывали многочисленные остаточные, упорно оборонявшиеся группы противника в районе Чернышевская-Боковская-Серафимович. Они также оказали помощь при отражении угрожающего вражеского вклинения XXXV итальянскому корпусу (генерал Мессе), дивизии которого в середине августа вышли в район Кременская-Серафимович-Вешенская, а потом сменили передовой отряд итальянской «Быстрой дивизии» на южном берегу Дона от устья Хопра в направлении Вешенской (корпусной КП итальянцев был в Каргинской на Чире, их соседом справа был XVII армейский корпус). Первой итальянской дивизией, подошедшей к Серафимовичу, была «Челере». Русское командование уделяло большое внимание своему плацдарму у Серафимовича. Постоянно его укрепляло и упорно обороняло. Совместный со следующими транзитом пехотными частями 6-й армии контрудар по нему 22-й танковой дивизии, боевые группы которой были рассредоточены и порой воевали без танковой поддержки, имел только частичный успех – противник снова был отброшен к Дону. Упорная русская пехота при поддержке танков и штурмовой авиации снова и снова возвращала утраченные опорные пункты и заслоны на своем донском плацдарме, как только моторизованные боевые группы 22-й танковой дивизии убывали к очередной горячей точке на фронте! Тонкая завеса прикрытия северного фланга наступавшей на Сталинград 6-й армии (из начавших прибывать частей 3-й румынской армии и оставшихся здесь корпусных и армейских резервов) была слишком слаба, чтобы исключить фланговую угрозу. Сократившиеся боевые возможности трех батальонов (II./Pz.Gren.Rgt.140, I./Pz.Gren.Rgt.129, Kradschtz.Btl.24, поддержанных основными силами 140-го противотанкового дивизиона, 50-го саперного батальона, 289-го зенитного дивизиона и 140-го артиллерийского полка), которые фактически имелись в распоряжении 22-й танковой дивизии в излучине Дона, были совершенно недостаточны, их хватало (совместно с кратковременно выделяемыми пехотными батальонами из резерва группы армий) только на блокирование, либо кратковременное устранение русских гнезд сопротивления и заслонов в районе Серафимович-Клетская. Это был тот самый плацдарм, с которого 19 ноября 1942 года перешла в наступление северная клешня генерального русского наступления в направлении Калача. Тогда же у Серафимовича наступило самое сложное время и для 22-й танковой.
Танковая боевая группа 22-й танковой дивизии (усиленный 204-й танковый полк, основная часть батальона БТР II./Pz.Gren.Rgt.129 и части 50-го саперного батальона и 140-го артиллерийского полка) сражались в те же недели августа немного южнее. Сначала она частями батальона БТР и 204-го танкового полка (майор Коллин) под командованием полковника Кютта поддерживала наступление 3-й и 60-й моторизованных дивизий в малой излучине Дона севернее Калача.С середины августа 204-й танковый полк был разделен на две боевые группы, которые поддерживали соответственно LI армейский и XIV танковый корпуса. Танковая боевая группа Коппенбурга (полковое командование и штаб, часть II-го танкового батальона, часть батальона БТР II./129 и 140-го артиллерийского полка) прикрывала на Дону переправу XIVтанкового корпуса (фон Витерсгейм) на восток и его дальнейший прорыв к Волге. Эта группа была вдвинута на прикрытие открытого левого фланга корпуса до позиций 3-й моторизованной дивизии. Бранденбургские мотопехотинцы (с 103-м танковым батальоном) занимали оборону на Татарском валу в середине коридора к Волге, пробитого до Рынка 16-й танковой дивизией (Хубе).
Усиленный I-й батальон 204-го танкового полка (с частями I-го и II-го батальонов 140-го панцергренадерского полка, 3-й ротой (БТР) 50-го саперного батальона) под командованием майора Коллина в начале сентября поддерживала LI армейский корпус северо-восточнее Калача, когда 71-я и 295-я пехотные дивизии форсировали Дон и позже наступали на Гумрак и Питомник. После расширения плацдарма на Дону части 22-й танковой дивизии были отведены оттуда. Дивизия покинула сектор действия группы армий «Б» и по указанию ОКХ в середине сентября была размещена в тыловом районе 8-й итальянской армии в Миллерово.
Последними покинули свои опорные пункты у Кременской мотоциклисты 24-го батальона. 12 сентября они передали свой участок фронта 1-й румынской кавалерийской дивизии. Один командир мотоциклетного взвода позднее вспоминал:
«В ночь на 13 сентября замена была завершена. Однако на следующее утро внезапной вылазкой советские разведгруппы проникли в наши прежние позиции и застали врасплох нашу аръегардную команду. 24-й мотоциклетный батальон в это время уже удалился на 20 км. Вскоре мы получили от своих товарищей тревожное сообщение, однако в тот прекрасный субботний вечер нам казалось, что все будет в порядке.
Однако на следующий день мы узнали, что русские отбили наши прежние позиции у румын. Несвоевременная румынская контратака окончилась неудачей и иваны теперь прочно укрепились на нашем месте. Румынская артиллерия, следовавшая за кавалеристами, еще была в пути.
Во второй половине воскресенья 14 сентября наши люди вернулись обратно из района сосредоточения на Чире. Мотоциклисты быстро заняли исходные, артиллерия и оба легких пехотных орудия были готовы к стрельбе через несколько минут, открыли мощный огонь, и немецкие солдаты во второй раз пошли в атаку на спорное плато. Мы отвоевали для румын наш старый опорный пункт, усилили его захваченным русским вооружением, укрепили оборону. Положение было стабилизировано, и середине ночи теперь произошла окончательная смена».

Tags: 22 pz.d, август 1942, июль 1942, июнь 1942, сентябрь 1942
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments