nordriegel (nordrigel) wrote,
nordriegel
nordrigel

Category:

3-я моторизованная дивизия. Ноябрь 1942 г. (2)

В этот день 24.11 в Илларионовский подходят танки, начинаются более сильные бои. Боевая группа Хаэна (die KGr. Haen) окружена советскими войсками. Русские, которые крепко засели на севере населенного пункта, были отброшены, а группа советских сил в западной части была буквально стерта. При этом были захвачены 40 минометов и многочисленные противотанковые ружья, а также многочисленные пленные.

На западе и юге котла выстраивается сплошной фронт: севернее Казачьего Кургана 44 пехотной дивизии; между высотой 135,1 через Мариновку и в долине Карповки нашей дивизии, к которой с 26.11 у западной части Карповки примыкает 29-я моторизованная дивизия. Западнее новой линии на выдвинутых вперед позициях в Илларионовском охранение осуществляет группа Хаэна (die KGr. Haen) и, по видимому, западнее балки у Илларионовского на юг (= Б.Банюкова) батальон 29 (Btl.29). Подразделения с трудом могут обустроиться, так как земля глубоко промерзла, а тяжелого шанцевого инструмента нет в наличии, легкий же на справляется. Требуется большое напряжение сил, чтобы выкопать маленький одиночный окоп. Защитой при 15 градусах мороза служит брезент. Только изредка можно развести костер из скудной полыни, на котором можно обогреться и отогреть пальцы. Не удивительно, что быстро стали появляться обморожения. Но войска это терпят, так как позиции нужно удерживать только до момента прорыва.
После того, как план захватить Калач, провалился, потому что у нас тогда отняли высокий западный берег, второй план предусматривает прорыв на юго-восток южнее Дона до плацдарма у Нижне-Чирской. Таким образом, юго-западный угол котла сохраняет свое значение, в связи с чем здесь собираются танковые части, а сам участок передается XIV танковому корпусу, после того как тот был выведен из малой излучины Дона.
Враг не ориентируется в новом положении, 25.11 в наши руки попали русские с автомобилями, которые ничего не знали о нашем существовании.
Основным направлением удара вражеских атак 25.11 является Дмитриевка. Группа охранения нашего 1-й танковой роты (die 1./Pz.-Abt.) севернее Илларионовского подбивает из моторизованной колонны противника два танка, 20 тяжелых противотанковых орудий и многочисленные автомобили; другой взвод на краю населенного пункта уничтожил от 40 до 50 атакующих танков.
Тем временем группа майора Виллига (die KGr.Mj.Willig) обустроилась в Мариновке. В нее входят: командир и штаб II-го батальона 120-го гренадерского полка (II./G.R.(mot.)120); 10-я рота 120-го гренадерского полка (10./G.R. (mot.)120); 5-я рота 92-го гренадерского полка(5./G.R.(mot.)92); один взвод I-го батальона 120-го гренадерского полка (ein Zug I./G.R.(mot.)120), 1-я батарея 160-го артиллерийского полка (1./A.R.(mot.)160), 2-я батарея 2-го минометного полка (2./Werfer 2.); рота Беренда (Kp.Behrends) (9-й пулеметный батальон) (MG-Btl.9)и, временно, одна рота 160-го танкового батальона (Kp. Pz.-Abt 160) ; кроме того майору Виллигу (Mj.Willig) подчиняются: панцергренадерский батальон Шмитта (Pz.-Gren.-Btl. Schmitt), сражающийся на юге, к востоку рядом с ним батальон Люфтваффе Мюглиха (das Luftw.-Btl. Müglich), к нему остатки румынской зенитного батальона, взвод тяжелых пехотных орудий (Sjg-Zug) и одна тяжелая артбатарея. 1-я рота 3-го саперного батальона (die 1./Pi.-Btl.(mot.)) находится в резерве. Вскоре русские сдвигают свои позиции к населенному пункту и пробуют его на зуб в слабых местах. Их атаки совершаются в основном с направления на Платонов и севернее, таким образом, основную тяжесть приходится нести частям 60-й моторизованной дивизии и, особенно, 10-й роте 120-го гренадерского полка (10./G.R. (mot.)120).
С 26.11 начинаются тяжелые бои на всем западном фронте. Вражеская пехота силами до батальона атакует Илларионовский. Она была полностью стерта танковой ротой Хаэна (Pz.Kp.Haen). При второй атаке во второй половине дня противник потерял, кроме всего прочего, тяжелое противотанковое орудие, многочисленные минометы, пулеметы и противотанковые ружья.
Во второй половине дня осуществляется атака и на новые позиции взвода I-го батальона 8-го полка (I./G.R.(mot.)8). Атака не проходит незамеченной и приходится на 3-ю роту (обер-лейтенант Шеффер)(3.Kp.(Oblt.Scheffer)), которая с 50 автоматчиками и пулеметчиками и одним минометом обороняет опорный пункт шириной 600 м. Обер-лейтенант Шеффер (Oblt.Scheffer) вспоминает об этом:
«Я вижу русских в бинокль где-то с 2000 м, они приближаются, как на маневрах. Большие черные точки двигаются между людьми, позже я решил, что это машины с боеприпасами и танки. Наши тяжелые мортиры (Do-Gerätе) открывают огонь с 800 до 600 метров. У русских начался беспорядок. Все идет кувырком. Мы слышим крики, автомобильные гудки и пронзительные свистки. Черные точки отходят от врага, который полностью лег на землю, и двигаются к нам. Это одиннадцать танков Т-34 и несколько более легких. Девять движутся на участок нашей роты, два других на участок 5-й роты 29-го полка (5./I.R.(mot.)29), которая расположена справа от нас. Рядом со мной лежит радист, ефрейтор Циммерманн (Gefr.Zimmermann) из батальонного штаба (I-й батальон 8 полка) (I./8). Он поддерживает связь со штабом батальона и с зенитчиками 14-й роты 8-го полка (14./I.R.(mot.)8), которой командует обер-лейтенант Цайгерманн (Oblt.Zeigermann). Один танк катится прямо на меня и ефрейтора Ц., яростно стреляя из двух пулеметов и пушки… Я не думаю, что он может точно прицелиться, так как он едет со скоростью 40 км/ч. Ефрейтор Ц. передает количество метров, отделяющих нас от танка со всем душевным спокойствием, как будто ему приходится делать доклад в аудитории. В пяти метрах от нас танк слегка сворачивает, так что он проезжает примерно в трех метрах от нас. Снежная пыль, поднятая гусеницами, летит нам в лицо. После того, как танк проехал мимо нас на 15 метров, он остановился. Люк в башне открывается , выглядывает русский и стреляет по нам обоим, но не попадает. Когда он увидел, что у него не получилось, он командует танку сразу же ехать дальше в направлении на зенитчиков Цайгерманна (Zeigermann), которые стоят в 150 м позади нас.
Орудие открывает огонь с 50 метров. Слегка застигнутый врасплох, танк движется на участок 5-й роты 29-го полка (5./I.R.(mot.)29). Там его подбивает танк нашей дивизии (2-я рота 103-го танкового батальона (die 2./Pz.Abt.103).
Русская пехота снова поднялась в атаку и подошла на 200 м. Сейчас я открываю огонь из тяжелого пулемета. Русские сразу улеглись. Теперь мы вводим в бой тяжелые минометы и стреляем осколочными боеприпасами. Действие опустошительно. Под громкий шум в ужасающем беспорядке русские обращаются бегством. Я вовремя договорился с обер-лейтенантом Цайгерманном о взаимодействии. Он берет русских на прицел своего орудия. С участка 29 (справа) меня защищает другое орудие 14-й роты, которое подчиняется командиру взвода лейтенанту Эшенбаху (Lt.Eschenbach).
Русские отходят в лощину на расстояние в 400-500 метров и занимают там позиции. Еще раз их накрывают наши тяжелые мортиры (Do-Gerätе) и атака оказывается полностью отбитой. В нашей роте нет выбывших из строя.»
В общей сложности, благодаря 2-й роте 103-го танкового батальона (2./Pz.-Abt 103) (обер-лейтенант Мельхингер) (Oblt.Melchinger), русские при этой атаке потеряли 25 танков, 12 противотанковых орудий и 2 бронетранспортера.
На следующий день они приближаются на 300 метров. И их уже нельзя побороть, так как наличие боеприпасов позволяет применение тяжелого оружия только при прямой видимости.
В этот день положение у нас и у нашего соседа справа ухудшилось, выдвинутые позиции у Илларионовского и западнее балки, которая тянется от Илларионовского на юг(Б.Банюкова), отданы, а дивизия занимает новые позиции, которые она будет удерживать в следующие месяцы. Потому что всем ясно, что речь идет не о прорыве, а о том, чтобы дожидаться снятия блокады извне. Но настроение неплохое, так как есть надежда, что котел скоро будет разорван.


с) Оборона в «Мариновском носу»
Насколько важными являются позиции по обе стороны от Мариновки для прорыва на юго-запад, настолько опасными они являются в обороне. Они выпирают из котла, который имеет размеры примерно 40х50 км. Опасность состоит в том, что любое наступление на Карповку может отрезать дивизию в «Мариновском носу». С другой стороны, их нельзя отдавать, так как отсюда существует кратчайший путь – около 55 км – на плацдарм у Нижне-Чирской. Как самые угрожаемые места в полосе дивизии выявляются два пункта - Мариновка и высота 135,1 западнее Дмитриевки, один защищается группой Виллига (KGr.Willig), другой 1-й ротой 29-го гренадерского полка (1./G.R. (mot.)29)(обер-лейтенант Тюрке)(Oblt.Türke).

Полоса дивизии имеет в ширину 17 км и проходит от высоты 135,1 (западнее Дмитриевки) по линии высот на западном краю учебного полигона Мариновка, западнее балки Байрак, которая протянулась от Мариновки на север: 127,1 – 11,7- 91,3; она ведет вокруг Мариновки и дальше на восток то лагеря Ворошилова вдоль железной дороги до Прудбоя.
Здесь расположены: справа группа фон Больё-Маркони (KGr.v. Beaulieu-Marconnay), к которой принадлежат также подразделения 8-го полка (des Rgts.8) после того, как подполковнику Егеру (Oberstlt.Jäger) пришлось улететь из-за желтухи. Участок Мариновка – Прудбой, после того, как полковник барон фон Ханштайн (Frhr.v.Hahnstein) снова принял свой полк, обороняет 295-я пехотная дивизия (die 295.I.D.). Полковник фон Больё-Маркони (Oberst v. Beaulieu-Marconnay) вводит в бой: справа I-й батальон 29-го гренадерского полка (das I./G.R.(mot.)29) (майор Бехлер, Bechler) с 1-й ротой)(обер-лейтенант Тюрке) (Oblt.Türke) на высоте 135,1; левее примыкает по обе стороны от высоты 117,8 II-й батальон 29-го полка (das II./ 29)(майор Молленхауэр)(Mj.Mollenhauer), потом по обе стороны от отметки 91,3 I-й батальон 8-го полка (das I./8) (гауптманн Путткаммер)(Hptm. Puttkamer): справа 3-я рота (обер-лейтенант Шэфер) (3., Oblt.Scheffer), 1-я, обер-лейтенант Паули (1., Oblt.Pauly), слева 2-я (обер-лейтенант Хиллебранд)( 2.,Oblt.Hillebrand), которая примыкает к батальону Люфтваффе (обер-лейтенант Сэмиш) (Oblt.Sämisch). Позади правого крыла в балке западнее Дмитриевки располагается II-й батальон 8-го полка (das II./8) (майор Шольце)(Mj.Scholze) в качестве оперативного резерва и резерва для прикрытия стыков; последний высылает вперед разведывательный дозор силой одного взвода на 500 метров перед позициями. Из тяжелых вооружений позади этого участка стоят I-й дивизион 3-го артиллерийского полка (I./A.R.(mot.)3) майор Фаренхорст (Mj.Fahrenhorst), зенитная группа гауптманна Клингора (Hptm.Kligohr) , 13-я рота пехотных орудий 29-го полка (13.(IG)/29) (гауптманн Мор)(Hptm.Mohr), средние и тяжелые противотанковые орудия (Pz.Jg.Abt.), и в балке у II-го батальона 8-го полка (das II./8) часть II-го дивизиона 51-го полка реактивных минометов (die II./Nebelw.Rgt.51) (майор др.Эльгер) (Mj.Dr.Elger), там же еще подвижная группа 1-й роты 103-го танкового батальона (1./Pz.Abt.103). Справа от нас в районе Дмитриевки стоят: группа танков из 1-й, 2-й и прежде всего 3-й рот (обер-лейтенант Демель) (Oblt.Demel) и 3-я батарея 312-го зенитного батальона (обер-лейтенант Шпекерхайер) (3./Flak-Abt.312) (Oblt.Speckenheier); позади II-го батальона 29-го полка (dasII./ 29) у отметки 127,1 часть 2-й танковой роты (2./ Pz.Abt.) (обер-лейтенант Мельхингер) (Oblt. Melhinger) и у отметки 117,8 группа 1-й танковой роты (1./Pz.Abt.). Позади I-го батальона 8-го полка (das I./8) расположилась 3-я рота 3-го противотанкового батальона (die 3./Pz.Jg.3) с десятью 5-см противотанковыми орудиями, в балке Водяная к востоку от Мариновки части минометного дивизиона, а у отметки 91,3 танки 2-й роты (2./ Pz.Abt.). Резко к югу Мариновка образуется угловой столб обороны. Со «спокойного» Карповского фронта боевой группы Зайделя (KGr.Seidel) вскоре перебрасывается мотоциклетный батальон (обер-лейтенант Шрок) (das Kradsch.Btl.)(Oblt.Schrock) в район севернее Карповки в качестве дивизионного резерва. Саперный батальон (Pi. Btl.) образует здесь тревожные подразделения.
Артиллерия расставлена как можно более широко, чтобы иметь возможность действовать перед всем участком. У нее имеются превосходные наблюдательные пункты; например, у обер-лейтенанта Ольденбурга (Oblt.Oldenburg) у отметки 91,3 имеется самый запоминающийся наблюдательный пункт войны, с которого можно видеть далеко на запад и на юг, до трассы Илларионовский – Советский , по которой Советы катят на юг, ночью с притушенными огнями. Но все же наша артиллерия не может стрелять, даже по подъезжающим установкам залпового огня, так как она должна экономить боеприпасы. Особенно велика нехватка боеприпасов у 10-см пушек, ничего не говоря уже о 733-ей батарее мортир (die Mörserbttr.733.).
Правый сосед – 376-я пехотная дивизия (die 376.I.D.), которая при отходе в ноябре понесла тяжелые потери, а левый – полнокровная 29-я моторизованная дивизия(die 29.I.D.(mot.)). Позади нас располагается в резерве корпуса 14-я танковая дивизия (die 14.Pz.Div.).
В любом случае здесь в течение недели были заново сформированы южный и западный фронты, великолепный результат при ограниченных вспомогательных средствах. Вскоре проблемы со снабжением становятся заметными, потому что, несмотря на усилия Люфтваффе, может быть завезена только одна шестая часть требуемого. Продовольствие сразу же (26.11) сокращается на половину нормы, в начале декабря еще на половину. При сильном холоде солдат получает четвертую часть хлеба, 30 г сливочного масла, время от времени немного сыра или колбасы, три сигареты, а в обед жидкий суп, с которого сначала приходится удалять слой льда, прежде чем его можно будет съесть. После того, как многочисленные автомобили, которые подвозили продовольствие на передовую, были сожжены выстрелами противника, продовольствие доставляется только по ночам. Вскоре удается наладить снабжение на телегах, которые, кроме продовольствия, подвозят боеприпасы, оружие и замену на передовую и забирают в тыл раненых и погибших. Подъездные дороги приходится постоянно разгребать и держать свободными.
Чувствительнее всего оказывается недостаток горючего. Он ограничивает применение танков, как подвижного резерва на отдаленных участках фронта, и делает тяжелое вооружение неподвижным. Часто древесина, единственное топливо для полевых кухонь и бункеров, не может быть подвезена. Санитарные машины вывозят только тяжелораненых, и то только тогда, когда машина заполнена.
Не смотря на это, подразделениями снабжения достигнуты большие результаты. Большие хлопоты доставляет обер-штабсинтенданту доктору Тобиасу (Oberstabsintendant Dr.Tobias), вопрос откуда он в зимней степи должен взять воду для выпечки хлеба. С помощью одного пастуха на южном краю аэродрома Питомник были выкопаны два углубления, в которых на небольшой глубине натолкнулись на достаточное количество воды. Вблизи от хлебопекарной роты инженеры из 103-го танкового батальона (Pz.Abt.103) построили ремонтную мастерскую для своего инженерного отряда (I-Staffel), отапливаемую и с освещением. Таким образом можно было работать и ночью. Благодаря ему танковый батальон был до самого конца хорошо укомплектован танками.
Основной удар советских атак, в первую очередь, приходится не по котлу, а 200 км западнее, где русские пытаются прорваться.
28.11 на Мариновку осуществляется крупное наступление, приготовления к которому наблюдались заранее. В 11:00 оно началось чудовищным огнем минометов, артиллерии, «сталинских органов» и противотанковых орудий. Широкая степь вся дрожит. Части Мариновки горят; купол деревянной церкви обрушился вовнутрь. Огромные клубы дыма легли на населенный пункт. Через два часа огонь прекращается, в дымке появляются семь тяжелых танков. Но этого промежутка времени хватает для того, чтобы подтянуть на огневые позиции бронебойное оружие. Три танка останавливаются, горя, два других были покинуты; оба последних спасаются бегством. Из-за этого следующая за ними пехота становится неуверенной и, при поддержке минометов, расстреливается. Таким образом. первое крупное наступление отбито.
Вечером следующего дня (29.11) русские повторяют атаку на Мариновку 20 танками. 14 подбиты, остальные разворачиваются обратно. Одновременно русские прорываются севернее нас до восточного края Дмитриевки. 7-я рота 8-го гренадерского полка (7./G.R.(mot.)8) занимает высоту западнее населенного пункта и одерживает верх над пехотой, в то время, как наши зенитчики на следующее утро подбивает танки; наш обоз несет потери.
Теперь русские пытаются уничтожить наш боевой дух. Ночью на 29-е из громкоговорителя гремит: "Храбрые солдаты 3-й дивизии, защитники Мариновки, сдавайтесь! В вашем уставе написано, что солдат должен защищаться до последнего патрона. Но в другом месте стоит, что в момент, когда оборона становится безнадежной, исходя из здравого смысла, солдату следует сдаться!» Неделю спустя перед I-м батальоном 8-го полка (das I./8) стоит транспарант, на котором нарисован котел и стоят слова: «Солдаты 3-ей пехотной дивизии, сдавайтесь, вам неоткуда ждать помощи.» Результат такой же нулевой. Несколько выстрелов из миномета положили конец этой агитации.

Tags: 3 id(mot), ноябрь 1942
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments