nordriegel (nordrigel) wrote,
nordriegel
nordrigel

Category:

113-я пехотная дивизия. Октябрь-ноябрь 1942

6-я армия 6 октября приостановила наступление на Сталинград из-за недостаточной боеспособности, однако вскоре после этого возобновила его по приказу группы армий «Б».
Боевой и численный состав 113-й пехотной дивизии прослеживается последний раз на середину ноября. На довольствии 9461 человек, боевой состав насчитывал 5064, потери личного состава - 5854 человека. Из противотанкового вооружения в распоряжении имелись восемь средних и тринадцать тяжёлых ПТО. Артиллерия располагала девятью лёгкими, двумя тяжёлыми и одной трофейной батареей. Оценка дивизии звучала: для наступления условно пригодна.

Последнее пополнение дивизии, о котором есть информация, датируется 3 августа 1942. Из-за этого возникает потрясающая ситуация: у 260-го полка к этому времени из-за нехватки людей больше не было I и II батальонов. В III-м батальоне остатки 12-й (пулеметной) роты были распределены по трём пехотным ротам. В ней было только 34% от нормы боевого состава. Остальные роты этого батальона располагали в среднем еще тремя лёгкими пулемётами и одним тяжёлым миномётом каждая. Из вооружения в 14-й роте еще имелись: противотанковое ружье, две лёгких и одна тяжёлая противотанковые пушки.
Не настолько драматично было положение у 261-го полка. Здесь были расформированы 2-я и 3-я роты, а их остатки были сведены в 1-ю роту. В этой роте было восемь лёгких пулемётов. 4-я (пулеметная) рота располагала тремя тяжелыми миномётами, а противотанковая рота - шестью средними и двумя тяжёлыми противотанковыми пушками. В батальоне было 20% от нормы боевого состава.
В батальоне II./Grenadier-Regiment 261 (в начале июля полки из пехотных были переименованы в гренадерские) была расформирована 7-я рота, в общей сложности в нем имелось восемь лёгких, четыре тяжёлых пулемётов, два лёгких и три тяжёлых миномета. Это было около 21% от первоначальной нормы боевого состава.
Хотя у III-го батальона в наличии были еще все четыре роты (9-12 роты), у него было только девять лёгких и три тяжёлых пулемёта, а так же два тяжёлых миномёта. У противотанковой роты было еще относительно хорошо: две легких и две тяжелых противотанковых пушки, к ним ещё два пулемёта. Дефицит боевого состава у этого батальона составлял 77%.
Напротив, почти Крёзом мог чувствовать себя командир 268-го полка, полковник Хассенштайн (Hassenstein),чей I-й батальон еще располагал 47% нормы боевого состава. У его 4-й роты было даже более десяти тяжёлых пулемётов и четыре тяжёлых миномёта, у пехотных рот в среднем по семь лёгких пулемётов и два лёгких миномёта. То, что это было лишь исключением, подтверждает взгляд на II-й батальон, чьим ротам пришлось отказаться от 72% всех бойцов. В батальоне в целом было в наличии только шестнадцать лёгких, шесть тяжёлых пулемётов, два лёгких и два тяжёлых миномёта. Интересно, что пехотные артиллерийские роты всех трёх полков по крайней мере соответственно вооружению были полностью укомплектованы: по одному лёгкому и два тяжёлых орудия.
Была ли тогда такая драматическая убыль сил только у пехоты или такой же высокой и у других дивизионных частей, сегодня не представляется возможным установить, так как имеются сведения только о боевом составе у пехоты.
По воспоминаниям бывших военнослужащих дивизии, пополнение в дивизию прибыло ещё до взятия в котёл. Следует принимать в расчёт, что это пополнение даже по минимуму не могло заполнить большие бреши, особенно, у пехоты. Чтобы хотя бы немного выровнять чрезвычайное положение с личным составом, командир дивизии отдал приказ от 8 августа о формировании сотен из перебежчиков-бывших красноармейцев и сапёрной роты из военнопленных. Этот приказ гласил:
" …2. В составе дивизии из добровольцев следует сформировать:
а) казачью сотню (конную) при артиллерийском дивизионе. Она должна найти применение прежде всего в разведывательной службе;
b) украинскую сотню при полевой жандармерии. Её задачей будет в первую очередь охрана пленных и снабжение пленных, наряду с караульной службой в тыловой зоне дивизии на складах, коммуникациях и т.п.
с) сапёрную роту из военнопленных при сапёрном батальоне для строительства дорог и мостов вне зоны боевых действий. Один взвод следует создать как взвод разминирования и, согласно приказу фюрера, задействовать для снятия русских и немецких мин;
d) по одной группе разминирования из военнопленных при сапёрных взводах пехотных полков.
Наряду с этой главной задачей эти группы находятся в распоряжении для прочей сапёрно-технической деятельности. [...]"

Боевой состав для сапёрной роты военнопленных должен был насчитывать около 120 человек, групп разминирования - по 15 человек.
Сикст фон Армин (Sixt von Armin) обосновал этот приказ тем, что многие перебежчики, а так же военнопленные были готовы выполнять вспомогательные работы в немецком Вермахте. Кроме того, он писал: "Необходимо задействовать эти силы." Пожалуй, это было верно.
В середине ноября в соединениях 6 армии были приняты на службу 51780 военнопленных в качестве так называемых добровольных помощников из числа жителей оккупированной территории (сокращение: "Hiwi"). У 113-й пехотной дивизии их было 5564.
Положение группы армий «Б» в начале ноября было следующим: 6 армия глубоко завязла в Сталинград и местами вышла на Волге. Правее, южнее Сталинграда стояла 4-я танковая армия с четырьмя немецкими и семью румынскими дивизиями, а на правом фланге 6-й армии, на Дону осуществляла прикрытие 3 румынская армия.
113-я пехотная дивизия готовилась к длительному нахождению, а точнее даже к зимовке на северном заслоне (Nordriegel). Так как безлесная степь не давала никаких материалов для строительства укреплений, подразделения ездили в уже захваченные районы города Сталинграда, чтобы подвезти дерево оттуда.
Фронт был относительно спокоен, и , спустя очень долгое время, некоторые солдаты смогли поехать в отпуск. Таким образом обер-ефрейтор Фогель (Obergefreiter Vogel) из 12./A.R.87 получил на руки свои отпускные документы от своего командира обер-лейтенанта Райндля (Oberleutnant Reindl) (который до сих пор считается пропавшим без вести). Кроме того, Райндль вверил ему одного несколько нерасторопного товарища с настоятельной просьбой, в целости и сохранности доставить того домой. В радостном настроении они оба отправились из части, чтобы покинуть войну, и 17 ноября добрались до вокзала в Калаче на Дону. Посреди суетливой лихорадки вокзального хозяйства раздался режущий возглас: "Стройся!" Опытный фронтовой солдат Фогель не предчувствовал ничего хорошего. Разве он уже не пережил столько много всего в Вермахте Великой Германии! Быстро, не заметно и не замечено вытолкал он своего ещё колеблющегося товарища наружу через задний выход и подыскал подходящее укрытие, чтобы там для начала подождать развития событий и узнать информацию у давно уже находившихся в Калаче солдат. Только на следующий день другой отпускник объяснил им, что построение служило исключительно для того, чтобы раздать плацкарты, без которых нельзя попасть на поезд. Они с благодарностью приняли это к сведению, построились вместе со всеми и вскоре после этого по мере возможности смогли расположиться в вагоне. Когда на следующий день из-за большого советского наступления был объявлен немедленный запрет на отпуска, отпускники уже на хороший кусок пути приблизились к родине. Тем не менее, у них не получилось так быстро до нее добраться.
Между тем Красная Армия прорвалась по обеим сторонам от Сталинграда, надвигалась катастрофа. Через гигантские бреши во фронте текли массы танков и пехоты противника, чтобы маневром с целью взятия в клещи соединиться у Калача и окружить немецкие войска на огромном пространстве у Сталинграда. Поскольку не было практически никаких резервов, из всех имевшихся в наличии солдат, не важно, какого рода войск, были спешно образованы дежурные подразделения, которые были брошены навстречу рвущимся навстречу Советам.
Поезд отпускников был задержан и проехал часть пути обратно. Там стояло несколько автомобилей и офицеров. Штаб, как вскоре выяснилось. Отпускникам пришлось сойти с поезда и построиться. Их разделили на группы и роты, и уже скоро они были отправлены на марш.
Через несколько часов произошла остановка в безлесной местности. Солдатам пришлось окапываться на пологом склоне. В группе обер-ефрейтора Фогеля казначей, два писаря, повар полевой кухни, два разведчика, три артиллериста и один пехотинец. Последний ещё высказался: Я предрекаю вам, что будет большое дерьмо! вскоре после этого появились Советы. Атака, которую можно охарактеризовать как разведку боем, была отбита.
Боевая группа, в которой находился Фогель, упорно противостояла Красной Армии с мужеством отчаянья в недельных оборонительных боях. 16 января, почти ровно через восемь недель после своего "отпускного построения" обер-ефрейтор Фогель был ранен. Был отдан приказ о контрударе. Солдаты выскакивали из своих окопов и с криками устремлялись на вершину холма, а потом вниз по склону, вслед за все время отходящим противником. Фогель получил пулю в лёгкое, был доставлен назад в ходе драматической спасательной операции и окольными путями попал в лазарет на родине.
Так же и командир I-го батальона 268-го гренадерского полка, гауптманн Плюмер (Plümer), наконец-то смог после продолжительного времени на фронте поехать в отпуск. 16 ноября 1942 он отправился в поездку и через несколько дней добрался до родного города Касселя. Там он случайно встретил жену своего нового командира полка и так узнал об окружении 6-й армии в Сталинграде. В остальном не было никаких указаний. Почта тоже не приходила. Хотя у капитана Плюмера не было впечатления, что на фронте что-то пошло наперекосяк, несмотря на это, он хотел как можно скорее вернуться к своему подразделению. Когда поезд отошёл от главного вокзала Касселя, охотнее всего он соскочил бы с него и остался дома, так как у него было чувство, что он никогда больше не увидит свою семью.
Большое клещеобразное наступление для окружения 6-й армии и частей 4-й танковой армии началось точно в тех местах, где осуществляли прикрытие слева 3-я румынская и справа 4-я румынская армии. Советское командование совершенно верно узнало, что здесь располагались самые слабые места на немецком фронте. Но почему эти места были слабыми? Для этого было много оснований. В общем, румыны не были плохими солдатами. Но они были вооружены устаревшим оружием, у них не было подходящих противотанковых средств и, прежде всего, их было недостаточно, к тому же командование было несовременным.
Tags: 113 id, ноябрь 1942, октябрь 1942
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments