nordriegel (nordrigel) wrote,
nordriegel
nordrigel

Category:

Отчет II-го батальона 64-го панцергренадерского полка за 17.11.42-10.1.43

Источник: BAMA 27-16/43 P2670549-2670554
Боевой отчет II-го батальона 64-го панцергренадерского полка за 17.11.42-10.1.43
64-й панцергренадерский полк, отдел Ic, 5.8.1942
Касательно распоряжения №6 от 22.7.43 относительно боевого отчета по Сталинграду
Данный отчет был составлен на основании опросов всех солдат батальона, вывезенных из Сталинградского котла.

17.11.42:
В 2.00 был занят выжидательный район в большой балке рядом с полковым командным пунктом. В 4.00 артиллерия и реактивные минометы провели огневой налет по Рынку. Боевая группа Мюса, с 6-й ротой 64-го панцергренадерского полка (обер-лейтенант Ригер) в авангарде, в 4.10 вклинилась во вражеские позиции на западной окраине Рынка. Русские были полностью застигнуты врасплох. 6-й роте удалось своими основными силами без особых потерь войти в южную часть Рынка. 8-я рота 64-го полка (обер-лейтенант Фрезе) должна была следовать за 6-й ротой и потом занять оборону в поселке слева от нее. Однако, русские из Рынка и с восточного берега Волги открыли сильный заградительный огонь по 8-й роте и временно прижали ее к земле. Появившийся в результате разрыв между 6-й и 8-й ротами оказался столь велик, что связь между ними, и без того затрудненная туманом, была потеряна. Русские, оставшиеся на позициях на западной окраине Рынка, через которые прошла 6-я рота, теперь стали нажимать на 8-ю роту. Из-за плохой видимости любая связь с ушедшей вперед 6-й ротой оказалась потерянной. Из-за густого тумана видно было всего примерно на 5 метров! Отступившие в Рынок русские набросились на 6-ю роту и никаких известий от нее больше не было. Одна часть 6-й роты смогла отойти через кладбище на юго-западной окраине Рынка назад, другая часть прорвалась до Волги, где развернулась на север, чтобы постараться соединиться с наступавшей с севера боевой группой Дорнеманна. Обер-лейтенант Ригер во время этой операции в Рынке был убит.
Примерно около 9.00 боевая группа Мюса заняла позиции на западной окраине Рынка. Были отражены различные контрудары русских.
Около 11.00 гауптманн Мюс был тяжело ранен в голову снайперской пулей. Обер-лейтенант Дитц, командир роты, сведенной из остатков I-го батальона 64-го полка, принял командование всей боевой группой.
В середине дня туман начал развеиваться. Видимость немного улучшилась. С южного края большой балки, нашпигованной русскими бункерами, по нашим позициям был открыт сильный фланкирующий огонь. Невозможно было поднять голову, чтобы в нее не прилетела пуля снайпера.
Четыре танка под командованием гауптманна фон Крамона, подчиненные боевой группе Мюса, получили задачу подавить сильный фланкирующий огонь с южного края большой балки. Постоянным наблюдением было обнаружено, что противник получает подкрепления с юга (из Спартаковки).
Обе стороны сражались за каждый метр земли с крайней степенью ожесточения. Около 13.30 впервые стал слышен сильный пулеметный огонь со стороны наступавшей с севера боевой группы Дорнеманна. Около 16.00 с тяжелыми потерями были заняты 5 домов на западной окраине Рынка. Каждый дом там был превращен в бункер. Сильнейший огонь из огневых точек, устроенных между домами, делал любое продвижение вперед невозможным.
Боевая группа получила приказ полка – при любых условиях удержать занятый рубеж. Для усиления боевой группе была передана рота Хольткампа, которую разместили на левом фланге.
Ночь прошла относительно спокойно.
18.11.42:
Весь день продолжался вражеский натиск с неуменьшающейся силой. Снайпера и пристрелявшиеся минометные батареи в течение дня мешали любому приближению к передовым позициям. Боеприпасы и еда были доставлены только в темноте.
Вечером 18.11 ордонанс-офицеру было приказано явиться в полк для получения нового приказа. Там его уже ждал обер-лейтенант Кнёрцер из 1-й роты 16-го танко-саперного батальона, который должен был провести минирование балки, идущей по западной окраине Рынка с севера на юг до большой балки. В один БТР саперов было загружено около 50 мин. Примерно с 24.00 команда начала минировать место соединения двух указанных балок. Русские, очевидно, что-то заметили и стали обстреливать из пулеметов место закладки мин. Большая часть мин взлетела в воздух. Саперы понесли большие потери.
Наша саперная штурмовая группа вклинилась в систему бункеров противника в Рынке и выжгла огнеметами несколько блиндажей.
19.11.42:
На участке 79-го панцергренадерского полка перед Спартаковкой было проведено несколько штурмовых вылазок, однако снова сильный заградительный огонь противника вынудил наши войска отступить на исходные позиции.
Остатки боевой группы собрались 2 «обозной балке», после чего дивизия отдала приказ об оставлении передовых позиций на западной окраине Рынка. Шли разговоры о выводе войск на зимние квартиры.
20.11.42:
Ночью на 20.11 боевые подразделения дивизии были собраны у Орловки. Вражеские ночные бомбардировщики пытались неприцельным бомбометанием и обстрелами помешать их сосредоточению. Обозы полка были собраны в большой балке севернее Спартаковки, чтобы выступить следом за боевыми частями. Ночью было очень холодно, все говорило о скором наступлении лютой зимы. Около 17.00 колонна выступила маршем в общем направлении на Дон.
21.11.42:
Марш на новое место назначения шел без особых происшествий.
22.11.42:
Около 3.00 последние части дивизии, после перехода через Дон, заняли позиции на краю одного брошенного аэродрома примерно в 30 км восточнее «деревни с ветряной мельницей». С 5.00 с севера начались непрерывные атаки противника, применявшего танки с посаженной на них пехотой. Удары бронетранспортерных рот причинили пехоте противника большие потери, однако потом огонь многочисленных ПТР вынудил их отступить. Под сильным натиском с запада и севера батальон, согласно полученному приказу, отошел в восточном направлении к Дону.
23.11.42:
Создание плацдарма на западном берегу Дона. Обнаружены многочисленные вражеские скопления на северо-западе. В остальном день прошел спокойно.
24.11.42:
Было отчетливо видно, как русские грузовики подвозят пехоту и потом уезжают обратно. Выгруженная пехота тут же рьяно начинает строить укрепления.
25.11.42:
Ночью земля замерзла до состояния камня. Сильный огонь вражеских минометов наносит большие потери. Во второй половине дня противник небольшими силами танков и пехоты появился перед нами. Превосходно метким огнем 2-см зениток, ПТО и пехотных орудий все вражеские атаки были отражены с потерями для врага. Вечером 7 русских танков еще раз попытались прорваться через наши позиции, но все были подбиты.
26.11.42:
Без особенных происшествий.
27.11.42:
Нас сменила одна австрийская пехотная дивизия (44-я). Мы выступили маршем обратно к Сталинграду через тот же самый мост, по которому мы 12 недель назад мы устремились к городу на Волге. Мы заняли позиции на «Татарском валу», на уровне выгоревших поездов.
28.11.42:
Без особенных происшествий.
29.11.42:
Батальон занял подготовленные позиции на железнодорожной линии. Мы снова были на заслоне.
Бои последних дней значительно проредили личный состав и технический парк. С 23.11 были урезаны продовольственные пайки. Фактически выдавалась только по 200 грамм хлеба и немного консервов. Сегодня нам стало известно, что мы попали в окружение. Над нами гудят наши транспортные самолеты. Все наше снабжение теперь зависит от них.
30.11.42:
Многочисленные соединения вражеских штурмовиков без особого успеха совершали налеты на наши позиции. Наши истребители сбили примерно половину из атаковавших нас самолетов.
1.12.42:
Сегодня остатки нашей славной дивизии были переформированы в боевые группы. Основная масса нашего II-го батальона была подчинена боевой группе Дорманна. Севернее Орловки противнику удалось вклиниться в нашу неплотную линию обороны. Немедленно выдвинутая туда рота БТР отбросила врага обратно.
2.12.42:
Помимо легких минометных обстрелов не было никаких боевых действий.
3-4.12.42:
Справа от нас свежие войска противника перешли в атаку после сильной артподготовки, но успеха не имели.
5.12.42:
Без заметных боевых действий.
6-8.12.42:
Непрерывными атаками противник попытался разрушить наш оборонительный фронт. Он встретился с нашей железной решимостью сопротивляться и не имел никакого успеха.
8.12.42:
На рассвете по участку обороны мотоциклистов начался сильнейший обстрел. Около 8.00 за ним последовала массированная атака танками с посаженной на них пехотой. Главный удар сначала пришелся на участок 5-й мотоциклетной роты. С наших позиций было видно, как вражеские танки давили стрелковые ячейки одну за другой, уничтожая их гарнизоны, храбро сражавшиеся до последнего патрона. Враг непрерывно бросал в бой все новые силы. Нехватка снарядов заставила замолчать нашу артиллерию и реактивные минометы. Тем временем главное направление вражеской атаки стало смещаться и на наш участок. Пока разрывы артиллерийских снарядов и мин загоняли нас в укрытия, враг перешел в атаку с правого фланга. Наконец по нам ударил залп из 8 «сталинских органов», и в дыму показались танки и пехоты противника. Враг был одет в белые маскхалаты; поскольку у наших мотоциклистов были такие же, нам пришлось выжидать, не открывая огонь. Хотя враг потерял на участке наших мотоциклистов несколько стальных колоссов (в основном, Т-34) и понес большие потери убитыми и ранеными, он получил новые силы. Подоспел приказ по натиском отступить в тыл. Из-за нехватки еды мы были ослаблены и не могли забрать с собой тяжелое вооружение и драгоценные боеприпасы. Вечером мы внезапным ударом выбили русских из места вклинения; те уже по-хозяйски успели расположиться на наших старых позициях. Спустя долгое время у нас опять появились пленные. Из запасов нашей еды, оставленных утром, мы нашли только куски хлеба у пленных, и больше ничего.
Первый дивизион нашего артполка был расформирован, расчеты его орудий были переведены в пехоту. Наши любимые пушки, так часто выручавшие нас в наступлении или в обороне, пришлось оставить на позициях передов. Дефицит боеприпасов начал быть остро заметным. Вражеские пехотинцы не скрываясь расхаживали перед нашими позициями. Нередко отдельные русские в полный рост пытались приблизиться к нашим позициям. Это приводило нас в бешенство и неоднократно такие пешеходы расставались с жизнью, получив выстрел одним из последних припрятанных патронов.
Враг брал реванш, усилив активность своих снайперов, которые превратили нашу жизнь в ад. Тем не менее, настроение в войсках оставалось хорошим.
9.12.42:
Никаких особенных происшествий.
10.12.42:
Русские попытались особенно большие силами вклинить в оборону 79-го панцергренадерского полка. Они были отражены, понеся при этом большие потери в танках.
Мы больше не проводили вылазок. Питания хватало только на то, чтобы поддерживать силы в обороне. Все ждали почту. 4.12 каждому солдату было разрешено написать одно письмо. Эти письма должны были по воздуху вывезти из котла. Тем не менее, все продолжали писать и скоро в блиндажах появились целые склады писем.
11-23.12.42:
Каждый день противник подвергал ураганному артиллерийскому и минометному обстрелу наши позиции. Атак, однако, не было.
24.12.42:
Над телами убитых, лежавших везде на поле боя и между позициями, вчера появился тонкий снежный покров. Все наши желания в этот Святой Вечер, который мы уже второй раз проводим в России, были связаны только с тем, чтобы хотя бы еще раз нормально поесть. Вечером командир дивизии обошел позиции, сказал каждому пару ободряющих слов и раздал сигареты. Самый неожиданный рождественский подарок был позже: каждому выдали буханку хлеба, сигареты, сигары, шоколад и дополнительные банки с консервами. Радость была столь огромна, что тут и там из бункеров раздавались рождественские песни.
25.12.42:
Ночью на фронте было невероятно тихо. Молчали даже русские минометы и пушки, которые обычно по веерам выпускали по ящику снарядов. С той стороны доносились только заунывные призывы по громкоговорителям, которые своими давно известными словами и обещаниями пытались пошатнуть наш боевой дух. Обычно у нас всегда было чем на это ответить, но сейчас нам нужно было строго экономить каждый патрон. С раннего утра густо пошел снег. Вылезти из блиндажей можно было только с трудом. Было видно не более чем на 10 шагов. В такую непогоду вдруг вмешались выстрелы вражеской артиллерии и минометов и пронизывающий тело и кости скрежет «сталинских органов». Разрыв за разрывом терзал замерзший грунт. Мы сидели настороже и думали: неужели сегодня враг начал так долго готовившееся большое наступление? В светло-серой пелене перед нашими позициями появились танки, в промежутках между ними – грузовики, забитые пехотой. Мы стреляли, пока у нас не кончились патроны, но не смогли остановить вражеский штурм. Гарнизоны бункеров бились отчаянно. Все, кто выжил, старались уйти в тыл, к позициям пехотных орудий. На участке осталась зенитка 8,8-см, чья огневая позиция была почти на передовой. Хотя все солдаты ее пехотного охранения погибли или получили ранения, ее расчет продолжал работать и за небольшой промежуток времени подбил 13 вражеских танков. Последним снарядом орудие было взорвано, а расчет отступил на следующий рубеж.
Отход прикрывался одним взводом 2-см зениток из 10-й (зенитной) роты 64-го полка. Редкий, но меткий огонь орудий временно прижал противника к земле. Когда одно орудие за других умолкло из-за отсутствия снарядов, начался ожесточенный бой их расчетов с вражеской пехотой. Зенитчики со стрелковым оружием в руках сражались до последнего. Перед позициями громоздились кучи убитых врагов, но численное превосходство победило. В ближнем бою личный состав зенитного взвода погиб до последнего человека. Выигранное борьбой зенитчиков время было использовано для того, чтобы привести в порядок и разместить наши подразделения на запасном рубеже. В результате нам снова удалось оказать организованное сопротивление и остановить вражескую атаку в районе позиций пехотных орудий. Вечером, при поддержке отдельных танков 14-й тд и нашей роты БТР, мы перешли в контратаку. Из-за нехватки горючего атака была остановлена на позициях пехотных орудий, закрепившиеся там русские в рукопашном бою были выбиты, и на этом рубеже была занята новая линия обороны. Число убитых русских было велико, но и наши потери были ужасающе огромны. Несмотря за захват территории, врагу не удалось добиться запланированного им вклинения в нашу оборону.
26-28.12.42:
Враг прекратил свои атаки. Вместо это в эти дни наши позиции подвергались особенно мощным артобстрелам.
Также в последние дни увеличилась интенсивность налетов вражеской авиации.
29-30.12.42:
Предпринятая нами местная атака была остановлена из-за больших потерь в танках; в темноте мы отошли на исходные позиции.
С юга котла был слышен сильный шум боя. Возможно, 6-я тд там пыталась разорвать кольцо окружения.
Ночью со стороны противника был слышен сильный шум моторов. Очевидно, враг планирует еще одно наступление. Мы находимся в максимальной боевой готовности, но русские так и не появились.
1-7.1.43:
Эти дни прошли спокойно, только русские минометные обстрелы причинили нам некоторые потери.
Ситуация с продовольствием ухудшилась. Мы собираем что можем в нашем тылу, с пшеничного поля, ростки на котором еле видны в глубоком снегу. Собранные колосья обмолачиваются, зерна с ним варятся в блиндажах. Помимо этого, несколько дней назад начали выдавать большие порции конины.
8-10.1.43:
Были отражены местные вражеские вылазки. 10.1.43 Волга замерзла окончательно. Теперь по ней идет непрерывный поток грузов и свежих войск с востока. Русские готовятся нанести последний удар по окруженной в Сталинграде армии.
Перевязочный пункт у Городища переполнен ранеными и больными, ждущими эвакуации. По нему часто совершает налеты вражеская авиация.
Tags: 16 pz.d, декабрь 1942, ноябрь 1942, январь 1943
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments