nordriegel (nordrigel) wrote,
nordriegel
nordrigel

Categories:

I-я авиагруппа 3-й истребительной эскадры "Удет" (I./JG.3). Июль 1942

Источник: J.Prien, G.Stemmer "Messerschmitt Bf 109 im Einsatz bei Stab und I./Jagdgescwader.3"

28 июня 1942 года ударом армейской группы фон Вейхса из района восточнее Курска к верховьям Дона началось генеральное немецкое "летнее" наступление. Этот удар левым крылом группы армий "Юг" должен был прикрыть северный фланг операции и создать предпосылки для окружения и уничтожения русских сил западнее Дона.
Сначала немецкое наступление развивалось очень быстро, поскольку русские войска в этом секторе были застигнуты врасплох и были вынуждены отступать в полном беспорядке. Только в районе Воронежа сила сопротивления на короткое время увеличилась настолько, что темпы продвижения стали отставать от запланированных. Люфтваффе поддерживали "летнее наступление" мощными силами 4-го воздушного флота, сосредоточенного в секторе группы армий "Юг". В его состав входили IV и VIII авиакорпуса, к началу наступления насчитывавшие 1593 самолета, в т.ч. 325 истребителей (при этом, согласно ЖБД ОКВ, боеготовыми из них было всего 236. Истребительная авиация флота состояла из 3-й и 52-й эскадр в полном составе, I-й группы 53-й эскадры и II-й группы 77-й эскадры).

Лето 1942. Машина I-й авиагруппы 3-й истребительной эскадры.

В первый день наступления I-я авиагруппа с аэродрома в Щигры летала на охоту и штурмовку русских колонн в районе восточнее Курска. Группа в тот день записала на свой счет 13 побед, причем лучшим стрелком в этот очень удачный день оказался лейтенант Бруки из штаба группы с 4 сбитыми вражескими самолетами (4-7 победы). В списке потерь оказался только один временно пропавший пилот: лейтенант Альфред Хумер из 1-й эскадрильи был сбит зенитками у Ивановки, однако через некоторое время невредимым вернулся в свое подразделение.
На следующий день картина была такой же: самолеты I-й группы вылетали из Щигров в район восточнее Курска, охотились и прикрывали наступающие танковые авангарды, а также наносили отдельные удары по скоплениям войск и повозок в районе Касторной. 29 и 30 июня пополнили баланс I-й группы по одной победе, потерь при этом не было.
В последние дни месяца в составе группы действовало свыше 20 "мессершмидтов", прибывшее пополнение в 5 новых машин уравновесило понесенные потери. Поскольку по техническим причинам III-я авиагруппа имела слабую боеготовность, несколько пилотов оттуда временно были приданы I-й группе. Среди них был обер-лейтенант Хельмут Мертенс из штаба III-й группы, который потом долгое время командовал 1-й эскадрильей. "Питт" Мертенс был опытным и удачливым пилотом, который к тому моменту уже одержал 38 побед.

Обер-лейтенанта Мертенса поздравляют с 50-й победой

В первые дни июля I-я авиагруппа продолжала работать в районе восточнее Курска. 1 июля там было одержано 5 побед, без потерь в группе. Два последующих дня, 2 и 3 июля, принесли еще 3 победы, при этом в группе был один раненый. 3 июля обер-фельдфебель Херберт Шпрингер из 3-й эскадрильи в воздушном бою с группой "Бостонов"был легко ранен осколком и совершил вынужденную посадку в 20 км северо-восточнее Касторного, в результате чего его машина была полностью разрушена (это был Bf.109 F-4/R-1 с двумя дополнительными пулеметами MG 151/15 на крыльях).
После этого, в результате продвижения наступления, район действия I-й авиагруппы был смещен к юго-востоку. 4 июля произошло первое перебазирование - самолеты перелетели в Горщетное, полевой аэродром примерно в 80 км юго-западнее Воронежа, почти прямо возле проходящего там на тот момент фронта. При вылетах в тот день группа сбила 4 противников, списке потерь в раненые был занесен гауптманн Карл-Фридрих Бертрам из штаба группы, сбитый в воздушном бою у Малышево юго-восточнее Воронежа (его ранило в предплечье и через несколько недель ему отняли руку). 5 июля при облачной погоде из Горщетного осуществлялись вылеты на истребительное прикрытие района юго-западнее Воронежа, где немецкие войска в тех местах форсировали Дон и создали плацдармы на его восточном берегу. Весь день там шли тяжелые воздушные бои с русскими штурмовиками и бомбардировщиками, а также сопровождающими их истребителями. Не понеся ни единой потери, I-я авиагруппа в тот день заявила об 11 победах, а на следующий день, 6 июля, еще 5. Самыми успешными пилотами группы стали командир группы гауптманн Михалек (49-52 победы) и лейтенант Ройш из I-й эскадрильи (3-5 победы).
В последующие дни группа продолжала летать из Горщетного. С первых дней июля начался период быстрого наращивания побед целым рядом пилотов, в том числе молодых; их личные счета значительно увеличились. Задачами были: свободная охота, штурмовые налеты, сопровождение "штук" и бомбардировщиков. Районы действий также были разные: то продолжать вести бои в районе Воронежа, то поддерживать столь же стремительное продвижение наземных войск в юго-восточном направлении вдоль Дона и западнее. Погода в те дни была теплой, с переменной облачностью и отдельными осадками. 7 июля был сбит один самолет противника, 8 июля - еще 8, своих потерь не было.
8 июля закончилась первая фаза немецкого "летнего наступления". Следующим шагом должен был стать удар 1-й танковой армии из района южнее Харькова, с целью - сковать основные силы советских войск перед группой армий "Юг" и совместно с прорывающейся с севера армейской группой Вейхса окружить и уничтожить их.
I-я группа пока оставалась в Горщетном и оттуда действовала в районе Воронежа, сбив 9 июля 6, а 10 июля - еще раз 6 самолетов противника и не понеся при этом потерь. 10 июля в результате налета русских бомбардировщиков на колонну на трассе у Карпенково погибло 2 и было ранено 8 человек из штабной роты. 11 июля пришел приказ наземному персоналу грузиться в колонну грузовиков для переброски на юго-восток. Целью был назначен аэродром в Морозовской.
Воспоминания техника Ханса Кникрема: "Наша палатка для верфи: проехала через всю Россию, но там ни разу и не установлена. Мы использовали только манжеты от нее. Впервые установили только в 1944 в Боркхайде. Ставить и снимать ее было слишком сложно и трудоемко... Техническое оснащение верфи было крайне недостаточным, поэтому нам приходилось помогать себе самостоятельно. Тут уж вставал вопрос о пределах компетенции. Не было запчастей. Приходилось их выменивать или доставать нелегально. Так, например мы добыли ремлетучку и электрогенератор, устойчивый к погодным условиям. Также у нас появилась и полевая кузница, которая нам не полагалась. Еще у нас была лебедка на треноге, а передвижного или портального крана не было"

Демонтаж мотора. Июль 1942, Морозовская

Заблаговременная переброска была частью системы оперативного маневрирования Люфтваффе, которые в те дни перебазировали свои главные силы из района восточнее Курска на юг, чтобы иметь возможность поддерживать продвижение 1-й танковой армии. В этом маневре также приняли участие и все три группы и штаб эскадры "Удет". Самолеты группы, с небольшой частью технического персонала, пока еще оставались в Горщетном, используя при этом дополнительно временный аэродром в Марьевке, примерно в 30 км северо-западнее Россоши. Утром 11 июля на этот аэродром был совершен мощный налет соединением "Бостонов", от бомб которых сильно пострадали в основном машины II-й авиагруппы, тогда как I-я авиагруппа счастливо избежала потерь. В тот день было доложено о двух сбитых противниках, и еще о трех - на следующий день, 12 июля. Потерь в личном составе опять жене было, хотя вблизи фронта был сбит "Физелер-Шторх", проводивший рекогносцировку для полевых аэродромов. Оба его члена экипажа, лейтенант Эклебен и обер-лейтенант Цан остались невредимы.
Тем временем, немецкое наступление южнее Харькова быстро продвигалось на северо-восток. После форсирования Донца у Лисичанска, подвижные соединения устремились к Дону, тогда как части группы армий "Б" продвигались вдоль Дона на юго-восток. I-я авиагруппа до 13 июля из-за плохой погоды и дождей ограничилась немногими вылетами, которые ощутимых результатов не принесли.
Воспоминания техника Ханса Кникрема: "Дожди в России - работаем до упаду, меняем мотор с помощью неудобной и тяжелой треноги по уши в грязи. Наши "жилища" - мокрые и заполненные водой конусные палатки на 2-4 человек. Рабочая одежда и белье - мокрые насквозь и липнут к телу."

Палатки верфи I-й авиагруппы

14 июля 1942 года авангарды наступающих немецких армий соединились у Миллерово, замкнув котел между Донцом и Доном. Однако полученный результат не соответствовал ожиданиям немецкого командования, так как беспорядочно отступавшим русским соединениям удалось избежать окружения. Из-за это весь план кампании был изменен и немецким армиям был отдан приказ на наступление к Сталинграду и на Кавказ. Гитлер недооценил противника и переоценил наши силы, создав предпосылки для опасного растяжения наших линий на юге Восточного фронта.
14 и 15 июля самолеты I-й авиагруппы были перебазированы из Марьевки на 125 км юго-восточнее, на полевой аэродром в Кантемировку, где снова были заняты свободной охотой и прикрытием сухопутных сил, наступавших из района Старобельска. Встречи с противником здесь были редкими, поэтому за оба дня группа сбила только три вражеских самолета, два из которых пришлись на лейтенанта Гендельмайера из штаба группы (9-10 победы). Уже 14июля группой был получен приказ - подготовиться к перебазированию в Миллерово. В тот же день передовая команда технического персонала на нескольких Ю-52 из авиагруппы KGr.z.b.V.50 вылетела туда. Один из Ю-52 стал жертвой одного Ил-2 - транспортник был подожжен над Буковской и вынужденно приземлился, причем машина полностью разрушилась. При этом погибло 4 человека из наземного персонала I-й группы, еще 4 - были тяжело ранены. Постоянные переброски разорвали наземный персонал авиагруппы на несколько частей: пока последняя команда еще оставалась в Щиграх и Горщетном, большая часть с оборудованием верфи ехала в колонне в Морозовскую (по воспоминаниям Кникрема, 14.7 колонна была на станции Граково и там во время купания утонул Франц Фихтингер из штабной роты), маленькие команды находились на временных аэродромах в Марьевке и Кантемировке. Командирам группы - гауптманну Михалику и командиру штабной роты гауптманну Цану, - было непросто сохранить контроль над всем этим личным составом. Управление и ответственность за отдельные группы были возложены на опытных обер-фельдфебелей и унтер-офицеров.
В Миллерово в середине месяца группе было передано много Bf-109 F-4 из других авиачастей, перевооруженных к тому моменту на Bf-109 G-2. Хотя прибытие 25 Bf-109 F-4 значительно увеличило численность самолетов группы, их техническое состояние оставляло желать лучшего, а кроме того, это значило, что I-й группе можно было не ждать скорого переоснащения на новейшие "мессершмидты".
16 июля вылеты проводились при ненастной и иногда очень ветреной погоде, из-за чего каких-то очевидных результатов достигнуто не было, зато с другой стороны в воздушном бою был поврежден один "мессершмидт". На следующий день плохая и дождливая погода сохранилась и позволила совершить всего несколько вылетов. Тем не менее, "мессершмидты" I-й авиагруппы в районе вдоль Калитвы между Форштадтом и Морозовской 17 июля сбили не менее 15 вражеских самолетов, не понеся при этом потерь. Лучшим стрелком дня стал лейтенант Дашпельгрубер с четырьмя победами (11-14), за ним лейтенант Хумер (6-8) и обер-фельдфебель Вайслинг (45-47) с тремя победами каждый.
Про обер-фельдфебеля Вайслинга вспоминает Вальтер Хагенах: "Я никого не встречал, кто мог бы так стрелять в воздухе, как Отто Вайслинг. Он мог метко бить с невероятного расстояние, у него было точное чутье на поправки. Он всегда был готов и старался передать свой опыт молодым летчикам. Хотя он был всего лишь обер-фельдфебелем, опыта у него было как у командира группы и он легко мог дать фору любому офицеру."
На следующий день, 18 июля, группа уже вылетала из Морозовской и, несмотря на продолжающиеся дожди, добилась еще трех побед (очевидно, что первые самолеты там были уже 17 июля. В дневнике Руди Данната есть отметка, что он на своем Bf 108 вечером доставил боеприпасы из Миллерово в Морозовскую для 1-й эскадрильи). При этом во время жесткой посадки на аэродроме был сильно поврежден один самолет 1-й эскадрильи. 19 июля прошло без заявленных побед. 20 июля I-я авиагруппа еще раз сбила 6 противников, потеряв при этом один "мессершмидт", сбитый в воздушном бою. Его пилот не пострадал.
21 июля погода опять стала солнечной и сухой, I-я авиагруппа прикрывала танковые авангарды и переправы через Дон у Константиновской в секторе 1-й танковой армии. Этот день принес успех в виде 15 сбитых самолетов противника, однако был омрачен потерей обер-лейтенанта Эдмунда Бруки (который к тому моменту вернулся из 3-й эскадрильи в штаб группы). Бруки в составе пары вылетел на прикрытие переправы у Цимлянской и сначала был заявлен своим напарником как пропавший без вести, так как тот потерял его и связь с ним в ходе полета. Позже стало известно, что Эдмунд Бруки был сбит в воздушном бою западнее Романовкой, при попытке совершить вынужденную посадку его шасси сломалось, из-за чего машину швырнуло и он погиб. В отчете фельджандармерии, в тот же день обнаружившей машину, было написано, что полностью разорванное и раздетое до штанов тело Бруки было найдено в нескольких метрах перед обломками.
Также в тот день была сбита еще одна машина, из 3-й эскадрильи, она упала после попадания зенитного снаряда южнее Беляева, но ее пилот был более удачлив и не получил серьезных травм. Еще два самолета были сильно повреждены после жесткой посадки в Морозовской, причем одна из них настолько сильно, что ее пришлось направить на ремонт на завод в Германию.
В списке побед I-й авиагруппы в те дни становится все больше Ил-2, что отражает увеличение их количества на фронте: по три 17 и 18.7, два 20.7, и целых десять 21.7. Эти сильно бронированные штурмовики летали в основном небольшими группами на очень малой высоте и являлись серьезной проблемой для наземных войск, которые подвергались их яростным налетам, а также для истребителей, так как такие машины было довольно сложно сбить. Легкое вооружение Bf-109 F-4 с двумя пулеметами винтовочного калибра над мотором было для этого недостаточным, и даже выстрелы 20-мм курсовой пушки обычно не приносили видимого результата. Смертельные попадания, которые Ил-2 не мог перенести, были возможны только по некоторым его частям, в первую очередь в водорадиатор под фюзеляжем. Один пилот из II./J.G.77 рассказывал, что он всегда стремился повредить хвостовое оперение Ил-2, т.к. этот самолет впереди перетяжелен впереди броней, при повреждении хвоста теряет управляемость и на низкой высоте после этого обычно падает на землю. Относительно Ил-2 также подойдут следующие воспоминания Хельмута Розе: "Возле аэродрома в Морозовской мы обнаружили жд состав с упакованными в ящики разобранными Ил-2, которые русские, очевидно, не успели вовремя отправить на восток. Во время нашего пребывания в Морозовской русские штурмовики и бомбардировщики снова и снова пытались разбомбить этот состав. При этом они поджигали сухую траву и солому рядом, из-за чего все окрестности были в дыму. Мы только потом поняли, куда они метились: видимо, они пытались предотвратить использование этих штурмовиков нами."
Задача для I-й авиагруппы 3-й истребительной эскадры на 22 июля снова звучала так: прикрытие переправ через Дон и свободная охота. Незадолго до полудня авиагруппа в Морозовской пережила налет 13 Ил-2, которые не смогли добиться существенного ущерба. Во время их преследования, командир группы гауптманн Михалик сбил трех - одного Ил-2 и двух МиГ-1 сопровождения. Также в тот день было сбито еще 5 самолетов противника, из которых два - лейтенантом Розе (4-5 победы), но также была понесена новая потеря - лейтенант Карл-Дитер Мау из 2-й эскадрильи был сбит в воздушном бою и сел на вынужденную в районе Тормосина, где был захвачен в плен. Из указанных выше пяти побед одна как раз принадлежит лейтенанту Мау, он также сбил еще один Ил-2, но это не отражено в докладах, а только осталось в памяти.
В следующие дни группа снова в основном прикрывала донские переправы, где 24 июля добилась 4 новых побед, не понеся потерь. С 26 июля увеличилось количество вылетов в район Калача, города на восточном берегу Дона примерно в 75 западнее Сталинграда, где с 24 июля проводилась попытка обхода и прорыва первой русской заградительной линии перед Сталинградом. 26 июля группа заявила о двух победах оба командира I-й эскадрильи обер-лейтенанта Мертенса (43-44), тогда как в списке потерь появился унтер-офицер Курт Хофрат из 1-й эскадрильи, который из-за поломки мотора вынужденно сел западнее Обливской, а потом невредимым вернулся в свое подразделение. На следующий день, 27 июля, группа из Морозовской снова летала в район Калача, где снова добилась пяти побед, три из которых (ЛАГГ-3) были записаны на счет обер-лейтенанта Мертенса (45-47). Также 2-я эскадрилья записала в потери два самолета, поврежденных в результате несчастных случаев, один пилот при этом получил ранения - унтер-офицер Вернер Зайферт при взлете в Морозовской задел своим "мессершмидтом" один Ю-52. Вечером того же дня I-я авиагруппа получила очередной приказ на переброску на Фролов, чтобы оттуда поддерживать продвигающиеся к Сталинграду войска 6-й армии. Уже тем же вечером эскадрильи, возвращавшиеся с последнего боевого вылета, приземлялись на новом аэродроме. На следующий день, 28 июля, вылеты в район Калача уже проводились из Фролова. Этот аэродром только накануне был оставлен русскими, которые его плотно заминировали и устроили многочисленные заграждения, которые сначала нужно было расчистить. Полеты в тот день в подавляющем количестве не принесли результатов, только лейтенант Альфред Риха из 1-й эскадрильи в воздушном бою над Калачом с соединением Пе-2 сбил один 2-х моторный самолет (8-я его победа), а сам после этого не вернулся и был записан в пропавшие без вести.
Тем временем немецкое наступление на Сталинград застопорилось. 26 июля войска группы армий "А" перешли в наступление с плацдармов на восточном берегу Дона на Кавказ. Это означало марши на большие расстояния, и 6-й армии пришлось отдать им свои и так невеликие запасы горючего. Следствием было то, что подвижные соединения 6-й армии по большей части почти две недели простояли посреди донских степей, а возможность быстрого рывка к Сталинграду была упущена. Русские по полной использовали полученную передышку и устроили мощный укрепленный плацдарм на северо-западном берегу Дона у Калача для защиты важных переправ. Из-за этого на этом участке фронта в последующие дни разгорелись тяжелые бои, в которых самое активное участие приняла авиация обеих сторон.
До конца месяца I-я авиагруппа успела сбить еще 4 вражеских самолета, избежав при этом своих потерь. 31 июля группа доложила о наличии 32 Bf 109 F-4. В течение месяца выбыло 8 машин от воздействия противника и 9 по техническим причинам и несчастным случаям, а принято было 25 самолетов, переданных из других частей, что было больше, чем нужно. Внутри группы в конце июля была проведена реорганизация, в ходе которой 3-я эскадрилья была объединена с 2-й под командой обер-лейтенанта Стражницки. Причина этого мероприятия была той же, что и в группах III./J.G.3 и I./J.G.53, осуществивших тоже самое: командир 3-й эскадрильи, обер-лейтенант Альфонс Райх выбыл из-за сильной болезни и его некем было заменить в этой относительно молодой эскадрилье, опытных офицеров не хватало. Кроме того, из-за постоянных перебросок и выделения отдельных команд, на аэродроме было слишком мало техников и обслуги. (Обер-лейтенант Райх выздоравливал до октября 1942 г., после чего был направлен в Францию в дополнительную группу ночных охотников и больше не вернулся в свою прежнюю эскадрилью. Его еще в конце июня должны были сменить на обер-лейтенанта Ровера из II./J.G.1 на Западе, однако по каким то причинам так и не сделали. К моменту своего выбытия у него было 14 побед.)
Продемонстрировать условия работы наземного персонала группы в те дни можно выдержками из дневников техников и обслуги, которые не принимали участия в боях, но непрерывно и усиленно работали под палящим солнцем, с недостаточным питанием (что было причиной "реквизиций" у местного населения, невысыпанием из русских беспокоящих налетов, опасностью партизан, а также впечатлениями от бесчеловечного обращения с русскими пленными:
"31.7.42: Сегодня снова хорошая погода. Очень жарко, тени от 35 до 40 градусов. Удручающе много полетов... Опять еда всухомятку. Мыла нет, все руки черные от масла, еще и приходится есть жесткий и сухой хлеб. Я уже 22 часа как на ногах и еще долен заступить в первую смену караула. Возле аэродрома появились партизаны. Всю ночь наверху летают русские "швейные машинки". Каждые 15 минут с них скидывают небольшую осколочную бомбочку. Спокойно поспать невозможно.
7.8.42: Солнце жарит вовсю. Моя кожа из коричневой уже становится серой. Металл на крыльях раскаляется так, что обжигает руки.
10.8.42: Проводимые реквизиции вызывают смешанные чувства. Они запрещены командованием. Действительно, нельзя забирать у оставшегося русского населения последнего гуся и картошку... В одной деревне мы забрали молочную корову. Женщины плакали и рвали на себе волосы.
около 20.9.42: Из Питомника старшина ("шписс") выслал четверых на быстром "Опеле" на юг. Там должно было быть зернохранилище, его видели там наши пилоты с воздуха. На кухне нам обещали испечь свежий хлеб, если мы привезем им зерна. Зернохранилище оказалось огромной кучей горелого зерна, лежавшего прямо на поле. Это поле было окружено колючей проволокой и относилось к лагерю военнопленных. Зерна мы оттуда не взяли. Караульный нам сказал: "Это единственная еда для 10 тысяч пленных, которые здесь." Я спросил его: "Что с теми людьми, которые лежат вдоль забора?" "Это больные туберкулезом, дизентерией и малярией. Умершие по утрам собираются в кучу, а потом закапываются". Я подумал: "Мы за это еще поплатимся. Если проиграем эту войну - гнев победителя будет страшен."

Tags: luftwaffe, июль 1942
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments