nordriegel (nordrigel) wrote,
nordriegel
nordrigel

Category:

16-я моторизованная дивизия. Июль 1942 (3). Манычская плотина

Вечером 26.7.1942 цель дня – Маныч – была достигнута. Командир 1-й роты 156-го моторизованного полка (гауптманн Хэберляйн) на правом фланге (западнее Спорного) решил форсировать реку. Он понимал важность возможного успеха и попытался сразу же, используя приданные группы саперной разведки со штурмовыми лодками, при содействии командира 167-го саперного батальона, предпринять переправу через канал (бывший здесь 40-50 м шириной) и своей ротой захватить поселок Свобода. Ему воспрепятствовал только огонь отдельных минометов с дистанции примерно 500 м.

Используя захваченный маленький плацдарм, уже ночью, под личным руководством командира саперного батальона, подошедшая мостовая колонна стала наводить временный мост. По нему до раннего утра переправились оставшиеся части I-го батальона 156-го полка и одна противотанковая рота. То, что командир саперного батальона предусмотрительно взял с собой мостовое оборудование, окупилось. В 16-й моторизованной дивизии, согласно новым штатам, не было собственной саперно-мостовой колонны.
Также рано утром 27.8 Маныч был форсирован и у Новоселовки (восточнее Спорного). Не обращая внимания на противника, при поддержке приданного саперного взвода на штурмовых лодках, 165-й мотоциклетный батальон переправился через водохранилище. Это был практически образец – как единой волной преодолеть 2-километровое водное пространство. Созданный небольшой плацдарм прикрывался II-м дивизионом 146-го артиллерийского полка и 6-й ротой 60-го моторизованного полка. Высланная вперед разведка выявила, что по проходящим на восток и юго-восток южнее Маныча дорогам производится активное движение колонн.
Широко растянутый левый фланг дивизии прикрывался против остаточного, рассеянного, но еще боеспособного противника интенсивными патрулями бронеавтомобильной роты.
60-й моторизованный полк прибыл к Манычу только поздней ночью и был размещен в готовности в центре боевого порядка дивизии. Многочисленные небольшие конюшни здесь давали хорошие возможности для размещения. Они появились здесь благодаря инициативе старого главного советского кавалериста Буденного, вывшего царского вахмистра, который массово разводил чистокровных лошадей английской породы (высокая холка, благородные ноги и голова), множество экземпляров которых мы здесь нашли, и которые не были пригодны для гужевой тяги.
Танковый батальон дивизии также достиг Маныча к рассвету 27.7.42.
На основании такой обстановки, особенно успеха в Свободе, дивизионный командир на 27.7.42 принял следующее решение:
156-й моторизованный полк своими переправившимися через Маныч частями, за которыми должны последовать главные силы полка, при поддержке II-го дивизиона 146-го артиллерийского полка, наступает, охватывая справа Веселый, на высоты южнее Манычской плотины, занимает их и образует плацдарм.
165-й мотоциклетный батальон грузит свою 2-ю роту на 13 штурмовых лодок, с большого расстояния, по возможности прикрываясь, вдоль южного берега проплывает через водохранилище и в рукопашном бою захватывает ударом с севера южный конец плотины. Он должен действовать внезапно, нейтрализовать приготовленные для подрыва провода (для этого ему придаются саперы) и удерживать плотину до подхода прочих войск.
60-му моторизованному полку находиться в готовности проследовать по захваченной плотине за танковым батальоном, или 165-м мотоциклетным батальоном и атакует занятые противником высоты, охватывая их слева.
116-й танковый батальон (усиленный 3-й ротой и зенитным взводом 156-го полка) сначала дожидается захвата высоты 29,6, после чего рывком преодолевает плотину (каждый танк в сопровождении пехоты – отдельная штурмовая группа) и выполняет задачи по дальнейшей разведке боем.
Дальнобойная артиллерия усиления (одна мортирная и одна 15-см пушечная батареи, 5 и 6./A.R.60) ведут огонь по Спорному и выступающему полуострову, чтобы оказывать фланговую или фронтальную огневую поддержку атаке танкового батальона и 60-го моторизованного полка с использованием приданных им передовых наблюдателей. Позднее – вести огонь по высотам южнее плотины, оказывая поддержку расширению плацдарма.
Для выставления наблюдательных пунктов сначала нужно занять высоту 29,6. Соответствующий приказ был отдан еще ночью.»


Результат же на северной оконечности плотины 27.7 оказался не таким, как было запланировано. Дадим слово одному артиллерийскому офицеру:
«… Поздно вечером на совещании между командиром нашего дивизиона и командиром танкового батальона еще раз были обсуждены подробности операции.
Мы пишем про 27 мая 1942 года. На востоке занялась новая заря. Наш командир дивизиона, майор Хаммон, выехал к передовым наблюдателям, откуда бросил взгляд на поел будущего наступления. Эффективная огневая поддержка с этого места наблюдения не могла быть оказана, поэтому командир принял решение сопровождать огнем танковую атаку, а потом координировать обе батареи по связи из танков. Танковая атака началась. Майор Хаммон координировал огонь мортирной батареи из одного танка, а его адъютант – огонь тяжелой пушечной батареи из другого. Мощная огневая поддержка обеспечивала атаке танкового батальона и 3-й роты 156-го моторизованного полка хорошее продвижение. Высота 29,6 севернее плотины была быстро захвачена. Она имела ключевую важность для постов передовых наблюдателей.
Артиллерия усиления готова. Эти две артиллерийские батареи вместе с батареей реактивных минометов были вместе с «Великой Германией» перед 16-й моторизованной переправлены через Дон и почти вовремя переданы дивизии и подчинены штабу III-го дивизиона 146-го артиллерийского полка. Наши собственные тяжелые батареи пока еще оставались у временного моста на Дону и вели бой с прорывающимися к нему вражескими танками. Их прибытие ожидалось только во второй половине дня. Как только артиллерия была готова открыть огонь, танковый батальон в 5.15 перешел в атаку, невзирая на сильный огонь из пушек с направления плотины и Спорного. Артиллерийская поддержка 3-й роты 156-го полка при корректировке только из танков была невозможна. Не обращая внимания на вражеский обстрел, майор Хаммон выскочил из своего танка и, где перебежками, где ползком, на 150 м приблизился к наблюдательному пункту и установил радиосвязь с батареями. Таким образом, атака снова была обеспечена огневой поддержкой…
Обер-фельдфебель Бунцель (3-я танковая рота), используя огневое прикрытие, смог прорваться к плотине, однако…. Плотина взлетела в воздух прямо перед танковым батальоном. Ближайшая треть плотина была взорвана, на 30-метровом участке образовалась брешь, которую стало быстро размывать напором воды. Смысл танковой атаки пропал, она была остановлена.
Теперь бедствие обрушилось на переходящий реку по мосту ниже плотины 156-й моторизованный полк.
Водные массы вышли из берегов Манычского канала и захлестнули широкую низменность. Удалось переправить только одно ПТО, внедорожный легковой автомобиль и автомобиль связи. После этого мост был размыт и стал непригодным. Уже переправленные части полка были отрезаны от оставшейся севернее основной массы. И, что было страшно, продолжавшая прибывать вода начала окружать и сужать занятый участок, из-за чего пришлось разыскивать еще не затопленные пути в направлении цели атаки.
В этот неудачный момент русские с направления Мал.Западенки предприняли контратаку, чтобы уничтожить части полка, оказавшиеся на маленьком плацдарме.
I-й батальон 156-го моторизованного полка перешел к обороне. Заградительный огонь батальона эффективно поддерживался сосредоточенным огнем 13-й роты того же полка (гауптманн Вольфф) и противоположного возвышенного берега. Вражеская атака была разбита и остановлена.
Теперь приходилось считаться с новой обстановкой. У 156-го полка оставался в распоряжении один пригодный к работе паром. В высоких волнах продолжали трудную переправу штурмовые лодки и перетаскиваемые моторными лодками паромы, в разлившемся течении путь в одну сторону теперь составлял примерно один час. Эти переправы сначала проводились без серьезного вражеского сопротивления. При ограниченных средствах переправы количество перевозимого имущества было строго рационализировано. В первую очередь – тяжелое вооружение, ПТО и средства связи. Затем только самое незаменимые транспортные средства командования, связи и снабжения.
Поздно вечером командир полка лично сел в штурмовую лодку с очередными частями батальона и приготовился организовывать атаку следующего дня. Одновременно на тот берег переправился энергичный командир 4-й батареи 146-го артиллерийского полка, обер-лейтенант тен Хомпель со своими наблюдателями, за ними на пароме последовали их пушки, которые больше не могли вести эффективный огонь с северного берега из-за ограниченной дальности стрельбы легких гаубиц. Переправа орудийных расчетов, однако, была задержана до следующего дня из-за сложностей, связанных с изменением глубин в районе разлива. В 14.00 28.7 она осуществилась при сильном артиллерийском обстреле.
Слева у 165-го мотоциклетного батальона все сначала шло по плану. На основании принятого в 7.45 приказа дивизии, лейтенант Мейер со своей 2-й ротой, усиленной саперным взводом, в 10.00 на 13 штурмовых лодках саперно-мостовой колонны и резерва корпусных саперов из районе Новоселовки переправился через широкое водохранилище шириной 2 км и внезапным ударом по южному краю плотины вывел из строя все подрывные коммуникации. В 11.15 он достиг южного конца плотины широким фронтом. В это же время произошел подрыв северной части плотины перед танковой атакой. Рота, под немедленно начавшимся обстрелом артиллерии и залповых установок, перешла к обороне на месте высадки. Веселый был занят сильным противником с танками, а атака через насыпь из-за сильного винтовочного и пулеметного огня была невозможна.
В 12.00 их атаковали 2-3 русских роты. Боеприпасы подошли к концу. Тут подоспела радиограмма для роты оторваться от противника. На штурмовых лодках удалось переплыть за часть плотины севернее взорванного участка. К сожалению, одна лодка, из-за потери мотора была снесена течением, перевернулась и утонула.
Основная масса 156-го мотоциклетного батальона согласно полученного приказа, под прикрытием 6-й роты 60-го моторизованного полка и 2-й батареи 146-го артиллерийского полка наступала вдоль северного берега на запад, поддерживая атаку танкового батальона на высоту 29,6. Огнем артиллерии и залповых установок атака танков была остановлена. После отхода танков на исходные позиции, мотоциклетный батальон сменил 3-ю роту 156-го полка и занял охранение с обеих сторон от зачищенного от противника Спорного.
После подрыва плотины, еще 27.7.42 дивизия отдала приказ, чтобы 60-й моторизованный полк оказал поддержку намеченному наступлению охватом справа Веселого и высот южнее 156-м полком и провел наступление охватом слева после переправы через водохранилище выше плотины. Подготовка к выполнению этого приказа началась еще вечером 27.7.42.
Русские, тем временем укрепившиеся южнее Свободы, получили «шах» от I-го батальона 156-го полка, поэтому переправа оставшейся части этого полка была продолжена, в т.ч. и ночью.»


Описать положение на маленьком плацдарме у Свободы может запись командира 4-й батареи: «Следующее утро 28.7.42 мы встретили в наших повозках, стоящих в воде, и были сильно измотаны. Первая мысль – надежда, что через воду нам доставят снабжение. Наши силы на южном берегу Маныча были очень малы…» К этому следует добавить сильный гарнизон противника в Веселом, его окрестностях в полевых укреплениях на высотах у Красного Кута и южнее Веселого.
28.7.1942 156-й моторизованный полк отдал приказ подготовить и провести атаку на этого противника в середине дня силами I-го батальона при поддержке 13-й роты с северного берега, с целью прорваться к противоположному краю поселка Мал.Спаденка. Это получилось. III-й батальон 156-го полка сначала малыми группами просочился по еще незатопленному перешейку юго-восточнее Свободы, где установил соединение с I-м батальоном и вместе с ним разгромил неприятеля южнее Свободы.
После того, как для прикрытия расширенного плацдарма (связь с которым все более затруднялась из-за продолжающегося разлива), были сосредоточены необходимые тяжелые вооружения, полк перешел в атаку против укрепленных высот у Красного Кута. Батареи II-го дивизиона 146-го артиллерийского полка прикрывали и поддерживали это наступление во взаимодействии с наблюдателями обеих тяжелых артбатарей на высоте 29,6.
В течение второй половины дня передовые части II-го батальона 156-го моторизованного полка достигли южного берега.
После отбитой контратаки, вслед за III-м батальоном последовал и I-й батальон 156-го полка. Его атака позволила еще расширить занимаемую территорию.
Около 17.00 полковой командир вместе с передовыми ротами II-го батальона (7-я, левее нее – 5-я) произвел атаку на Веселый. После короткого, но сильного сосредоточенного огневого налета всей дивизионной артиллерии, на штурм Веселого поднялись передовые части батальона и управления полка. С северного берега их поддерживал огонь минометной батареи. Веселый был занят одним броском и пройден до противоположной окраины и плотины. Противник сначала оказывал упорное сопротивление, однако был подавлен сильным огнем артиллерии и минометными залпами, начала сдаваться в плен или обратился в бегство, попав при этом восточнее Веселого под огонь наступавшего вдоль рукава реки III-го батальона 60-го полка.
Артиллерийская поддержка всей операции проводилась по тщательно согласованному с полками огневому плану. Сначала артиллерия сосредоточенным огнем подавляла известные или возможные огневые точки противника на южном берегу западнее плотины, обеспечивая движение пешком первых волн наступающего 156-го полка. Затем огонь был перенесен на несколько сотен метров южнее и сосредоточился на Веселом. В дальнейшем огонь велся по корректировке переброшенных через реку наблюдателей. По заявкам полков огонь возобновлялся по некоторым ключевым пунктам вражеской обороны. Такое планомерное управление огнем всей дивизионной артиллерии в значительной мере было обеспечено тесным контактом по радио между полковником Эйзерманном и командиром 4-й батареи 146-го артиллерийского полка.
С самого начала огневые позиции были размещены недалеко от берега. После захвата Веселого отдельные батареи, не обращая внимание на обзор со стороны противника, сразу же переместились на берег Маныча и продолжили огонь оттуда по высотам на противоположном берегу. Так образовалось довольно курьезное положение, когда наблюдательные пункты находились позади батарей (поскольку имели при этом лучшие возможности обзора).
Еще за день до атаки со стороны IV авиакорпуса (через одного известного майора Люфтваффе – кавалера Дубовых листьев) была обещана поддержка силами группы штурмовиков и нескольких авианаблюдателей. Этим была оказана значительная помощь наступлению. Пока авианаблюдатели патрулировали тот берег, докладывая свои наблюдения, штурмовики, во главе с тем самым майором, лично летевшим на «Юнкерсе», наносили удары по Веселому и высотам за ним, поражая позиции и передвижения противника.
Перед наступлением темноты I-й и III-й батальоны 156-го полка достигли поставленных целей атаки. Захваченные высоты господствовали над местностью таким образом, что отступивший на юг противник не имел никакой возможности наблюдать за Веселым и плотиной. При захвате высот особенно отличился командир III-го батальона 156-го моторизованного полка гауптманн Кёстер. 156-й полк при небольших собственных потерях в течение дня отчитался о свыше 900 взятых пленных, захваченных 5 орудиях, 30 пулеметах, радиостанции и т.д.
Захватом этого плацдарма, полк обеспечил предпосылки для строительства временного моста через разрушенную плотину и дальнейшее проведение операции дивизии и всего III танкового корпуса дальше в Азию. За этот успех и проявленную храбрость своих солдат, полковой командир, полковник Эйзерманн, получил Рыцарский крест.
Вечером 28.7.1942 156-й моторизованный полк перешел к обороне по общей линии Мал.Западенка-Красный Кут-высоты примерно 1 км южнее Веселого. Переправленная 4-я батарея 146-го артиллерийского полка разместилась юго-западнее Веселого на дороге на Проциков, примерно в 1500 м от отошедшего противника.

Один офицер писал в своем дневнике: «Село Красный Кут очень гостеприимно – белый хлеб, яйца, куры, мед. Еще и молоко…»
Еще в течение ночи под руководством начальника корпусных саперов началось строительство временного моста через взорванную часть плотины.
Следует отметить, что использование танкового батальона для штурма плотины себя не оправдало. Возможно, лучше было использовать успех атаки 156-го полка, а также запланированный рукопашный удар по противоположному концу плотины 2-й роты 165-го мотоциклетного батальона, переправленного на штурмовых лодках. Вопрос о том, можно ли было предотвратить подрыв плотины в случае успеха обеих операций, остается открытым.
Дальнейшая переправа 60-го моторизованного полка столкнулась с теми же сложностями, что и 156-й полк. Дополнительные трудности доставляла неравномерность уровня воды, что требовало проводить поиск подходящих мест для высадки. Появившиеся в середине дня волны на воде настолько осложнили переправу, что от нее вообще на это время пришлось отказаться.
Всей и дивизии, и вместе с ней 156-му полку, в этот и последующий день помог один счастливый случай. Приданный дивизии армейский пункт радиоперехвата в ходе боя вел прослушивание тактических переговоров противника. Когда 156-й полк, еще на тот момент не имевший устойчивой переправы, постоянно жаловался на усиление противника, отсутствие боеприпасов и т.п., дивизия сообщила ему, что находящиеся перед ним части противника посылают точно такие же донесения и запрашивают помощь со словами «Мы не можем больше держаться..». Это оказало сильное воздействие и укрепило веру полка.
В итоге на обоих боевых участках одержал победу тот, у кого оказались крепче нервы.
Еще одним благоприятным фактором поддержки гарнизона на плацдарме стала дальновидность и эффективность нашего батальона связи. На северном берегу водохранилища русские бросили несколько мотков кабеля, возможно часть которого использовалось для подрыва плотины. Ими немедленно воспользовался батальон связи для того, чтобы установить проводную связь между дивизией и плацдармом. Чтобы не попасть в водоворот ниже места подрыва плотины, батальон связи решил протянуть кабель выше, через водохранилище. Это сделал один лейтенант с батальона связи на большой лодке, на веслах которой были русские пленные. Внезапно появились несколько русских штурмовиков, которые, несмотря на сильный зенитный огонь, начали обрабатывать место подрыва бомбами и пулеметами. Русские гребцы в ужасе бросились на дно лодки, утопив весла в воде. Понемногу, но с ускорением, лейтенанта на лодке стало сносить к прорыву плотины. Он ругался, но это не помогло вернуть весла! В стремительном потоке пронесло его через место прорыва, а также (лейтенант сам не понял как) через очень опасный водоворот ниже. Когда его наконец-то отнесло к берегу и напряжение прошло, он попробовал осуществить новую попытку.

Задачей предыдущего отчета являлось разъяснить некоторые тактические моменты ситуации. Нижеследующие записи и отметки показывают тяжесть шедших боев.
Лейтенант Эрнст Швёрер (5-я батарея 146-го артиллерийского полка) так описывает события с 26 по 29.8.1942:
«26 июля 1942. Воскресенье.
Вчера мы опять переезжали. Противника очень немного, поэтому артиллерия не была нужна.
5.30. Готовность к маршу вслед за «Великой Германией». Сроки переносятся. Марш должен начаться в 9.30. Но и в этот раз все не так. Начало движения в 12.00. Маршевая группа в готовности.
До донского моста колонна едет хорошо. Перед мостом затор. Мы собираемся и еще раз ждем.
Маршрут движения: Крествы на восток вдоль Донца к Дону у Раздорской, где мост.
В 16.00 мы перед мостом. Видно 3 вражеских бомбардировщика с 3 вражескими истребителями. По ним стреляют 2 тяжелые батареи. Взрыв у крыла одного бомбардировщика. Он падает. Большая радость у нас. Затем мощный взрыв, такой, что все здешние птицы разлетелись. От бомб никакого ущерба.
Вечером в 19.30 на ночь мост разбирается. Мы еще не переправились и нам не остается ничего иного, как расположиться в поле. Каждый, под воздействием имеющегося опыта, роет себе отдельную ячейку.
Народ в авангарде знает, что в 35 км впереди нас успешные бои идут полным ходом. Дивизионный КП должен быть в Калинине.
«Великая Германия» поймала на марше целый русский артиллерийский дивизион, с одним «сталинским органом» в том числе. Сопротивление не слишком серьезное. Всю ночь налеты бомбардировщиков – один за другим. Каждый сбрасывает осветительные бомбы на район моста, но он разобран и его не видно. Потом бомбардировщики сбрасывают свои бомбы на прилегающую местность, если что-то увидят.
Свою кровать я также устроил в ячейке. Поспать удалось совсем немного.
За ночь потерь мы не понесли.

27 июля 1942. Понедельник.
Бомбардировки продолжаются до самого утра и сильно действую на нервы. Обе зенитные батареи не стреляют, чтобы не выдать местоположение моста.
4.00. Мы уже все проснулись, как вдруг по нам в рассветных сумерках был нанесен еще один штурмовой авиаудар. Снова 3 бомбардировщика с истребителями сбрасывали по нам бомбы и палили из всех стволов. Железный ветер пронесся над нашими головами. У всех бомб были замедлители и после них оставались огромные воронки, не принесшие, однако, никакого ущерба.
У Люфтваффе уничтожена одна машина. Ничего удивительного – по сторонам от дороги стоят тысячи автомашин на удалении 50-100 метров друг от друга.
Мы не переправляемся и ждем, пока по мосту пройдут многочисленные грузовики «Великой Германии». Идут пленные, с них всех мы снимаем поясные ремни, они нам пригодятся для машин.
Снова ясный день. Солнце вовсю светит уже в 4.00 утра. Ночью, однако, очень холодно.
Наконец, после долгого ожидания, мы переправляемся через Дон. Уже 10 часов. Равнина за Доном очень заболочена, однако по сухим местам движение идет хорошо. Дождей не надо, а то вся местность превратится в грязь.
Дорожные и рабочие службы приводят дороги в порядок. Хорошо, что эти части впереди нас. Хорошая работа. Эти ребята очень помогают.
Дон-Сусатский-Калинин. Здесь мы ждем командира. Он поехал на юг через Манычское озеро. Перед нами танки. Широкая плотина взорвана русскими. Много воды вышло из озера. Дорога за минирована, по ней стреляют «сталинские органы». Нам нужно в укрытие – так думает каждый.
Левее от нас наши мотоциклисты. Они должны переправиться на штурмовых лодках и захватить плацдарм.
156-й полк справа. Переправа между обоими озерами и удар с тыла для поддержки атаки с центра. Мы тоже там участвуем. Наступление в разгаре. Река пройдена и теперь продолжается продвижение на юго-восток. Мы с тяжелым вооружением остаемся на этом берегу, пока не будет построен мост или паром.
В I-м батальоне полка Эйзерманна вчера потеряно 39 и сегодня 35 человек только от огня минометов и «сталинских органов».
Если так будет продолжаться и дальше, скоро у нас не останется людей.
Пока мы здесь находимся, о противнике ничего не слышно. Кажется, он отступил.
Середина дня. Из верхнего озера продолжается сток масс воды через взорванную дамбу. На нашем левом фланге очень сильное сопротивление.
Мотоциклисты пока не могут продвинуться вперед. Противник очень силен и хорошо окопался. Им приходится отойти обратно. Наша батарея переносит огонь с правофлангового участка на центр. Здесь для поддержки пехоты задействовано четыре артиллерийских дивизиона.
Атака слева больше не развивается. Ночью спокойно. Справа удерживается небольшой плацдарм и маленькое село. На ночь каждый роет себе окопчик, где одновременно будет и кровать.
Все не так плохо. Хотя и появляется много самолетов, бомб на нас не сбрасывали, а только обстреливали как ненормальные всю местность вокруг из бортового вооружения. Был ли от этого результат – сомневаюсь. Русская артиллерия забрасывала тяжелые «чемоданы» немного позади нас. Их осколки долетали до нас на излете, но вреда не приносили.
Наш командир, гауптманн Готтвальд, на своем 15-м сегодня наехал на мину. Лейтенант Мейер и водитель погибли. Сам Готтвальд буквально перед этим высадился и не пострадал. Повезло.

28 июля 1942. Вторник.
Утром мы утроили фейерверк. В 5.00 должно было начаться наше наступление, но оно было перенесено на 6.00. Сначала оно шло не очень, только на участке слева удалось дойти пешком до вражеских позиций и выбить оттуда противника. После этого дела пошли веселее и вскоре нам дали вздохнуть полной грудью. Справа вода уже стала переливаться через разрушенную дамбу, поэтому нужно строить мост. Пока здесь только действует паром.
Также и на правом фланге наступление прошло успешно и улучшило позиции центра. Силами двух батальонов там удалось отбросить русских. 21-я швырялась туда своими толстыми «чемоданами». Все утро наш активный артиллерийский огонь. Артиллерия противника больше не стреляет.
В остальном положение неопределенное. Почты и еды не было уже неделю. Продовольствие только заготавливается на местности. С этим все в порядке, тут много чего можно найти.
Снова плохая весть. Сообщают, что к нашему правофланговому участку русские стягивают моторизованные колонны. Полк Эйзерманна немедленно останавливает атаку и переходит к обороне. Все тяжелое вооружение нацелено на эти колонны. Начинается недобрый фейерверк. Донесение от наблюдателя – наш огонь уничтожил одну колонну. От нее остались длинные дымы.
Наступление можно продолжить хорошим темпом. Можно еще продвинуться немного вперед.
В середине дня атака возобновляется. 156-й полк Эйзерманна наступает справа вдоль озера, которое каждый час становится все больше. Вся артиллерия обстреливает любое движение. Там пока еще остается сильный неприятель. Мы стреляем по сильному подразделению левее дамбы с хорошим результатом. Нашими жертвами становятся множество повозок. В промежутках между залпами наша пехота идет вперед. Мы их хорошо видим с наблюдательного пункта. Они наталкиваются на сильное сопротивление из полевых укреплений и домов. Нужен наш огонь. Мы стреляем. После наших первых залпов все поле приходит в движение. Кто-то выпрыгивает, потом снова прячется. Будет еще больше. Впереди нажимает наша пехота. Мы не верим своим глазам – сотни русских выскакивают из своих окопов и убегают. Начинается праздник артиллерии, где слезы на глазах. 3 или 4 батареи залп за залпом посылают в бегущие массы, обращая их в дикую панику. Взрывы встают прямо посреди толп. Первые части русских достигают Веселого. Другие бегут за ними следом. Они несут большие потери от рикошетов. Как только русские втягиваются в село, по Веселому производит огневой налет вся наша артиллерия – 4 дивизиона по 3 батареи в каждом. Удар за ударом по селу. Вид там как будто какое-то варево в котле. К празднику присоединяются шесть легких реактивных минометов. Их ракеты оставляют после себя дымный след в воздухе. Минутой позже происходит основная масса залпа.
Снаряды в село ложатся плотно, как горох. Вздымаются разрывы и нашим глазам предстает картина, которой мало кто видел. Массы русских в дикой панике во все стороны разбегаются из села. Огонь был везде. Русские спасали свои жизни. Их повозки в самом быстром темпы уносились за высоты. Наши бомбардировщики, бывшие тоже в небе, сожгли многие из них. В том направлении все горело.
156-й полк хорошо пошел вперед. Небольшая остановка была только перед селом. Ни единого выстрела. Всю основную работу сделали мы. Левее села русские пока еще оставались. 60-й полк пытался их оттуда выкурить, но пока это не получалось, засели они там крепко. Мы перенесли свой беспокоящий огонь туда. Вечером батарея перенесла свои огневые позиции ближе к озеру.
Когда я потом пошел на наблюдательный пункт, то вокруг себя видел много съедобных вещей. Овощи, томаты, огурцы и лук поспевали в «наших» огородах. Там же была и засушенная рыба. Она была хорошо засоленая и жирная. Наш НП был позади батарей, поскольку на огневых позициях ничего видно не было.
Я снова спал в своем старом окопчике. Никакие бомбардировщики на этот раз не нарушили наш крепкий сон и мы хорошо выспались до самого утра.
28 июля 1942. Среда.
Было тихо. Ночью было несколько выстрелов, но в остальном все спокойно. К утру плацдарм был прочно в наших руках. К сожалению, строительство моста шло тяжело, в противном случае наши танки были бы переправлены еще вчера и уже охотились на русских. Но все равно, вчерашний день был успешным.
Из-за малой дальности стрельбы, мы не могли вести огонь. Отдых и безделье целый день. Солнца очень горячее. Появлялись русские самолеты, но бомб они не сбрасывали.
Наслаждаемся покоем и ждем, когда укрепят мост.
Вечером дивизионный приказ дня. - С гордостью и т.д. мы первые немецкие войска, перешедшие границу Европы и Азии.»

Tags: 16 id(mot), июль 1942
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments